Вишенкой на торте, самым сладостным украшением праздника, стало появление уже знакомого мне лица.
— Господин Ирмер-Куликов, запишите и нас, — сказал Бабичев, глядя на меня сердитым взором. Будто сам себя корил за то, что пришлось обращаться ко мне.
— Конечно, — кивнул я, делая вид, что мы старые добрые знакомые. — Поздравляю, господин Бабичев, ваша команда будет последней из шестнадцати.
Глава 29
Суббота всегда была моим любимым днем. Заканчивалась тренировочная неделя и начинались игры. Школу можно благополучно прогулять, а после принести на технологию справку с футбола. Да и вообще, целые выходные впереди.
В здешнем мире моя суббота почти ничем не отличалась от той, что была в Застенье. Даже глазом не успел моргнуть, как стал называть свой родной дом именно так. Полдня я проводил с ребятами, разбирая тактические действия, а потом мы гоняли семь на семь. Для нормальных двухсторонок не хватало людей.
Нынешние выходные отличались от всех предыдущих. С самого утра у меня немного подрагивали колени. А когда на завод стали стекаться экипажи с дворянами всех мастей, включая и некоторых взрослых (прибыли даже Зейфарт, да и полковник Кузякин оторвался от своих крематорных дел), ноги и вовсе заходили ходуном.
Я ожидал человек тридцать, максимум сорок. Из которых шестнадцать были участниками. И морально не был готов к подобному аншлагу. Зрители спешно занимали места на крышах зданий. Я спохватился, что надо было хоть какие-то ограждения сообразить. Еще сверзиться кто-нибудь. С другой стороны, как говорил один американский актер: «Если ты упал, ты идиот»1.
Что меня очень радовало: зрители были весьма разношерстные. Дворяне стояли плечо к плечу с простолюдинами. А последних здесь набралось изрядно. Раза в два больше чем аристократов. Все-таки бесплатный вход делал свое дело. Мне даже было немного жаль, что в будущем придется ввести плату за просмотр. Все-таки у меня тут бизнес, что б его, а не благотворительность. С другой стороны, можно устраивать такую же лотерею, как и на Ристалище. Да и у моих футболистов вечный абонемент.
Участники подошли к делу обстоятельно. У подавляющего большинства претендентов на позолоченную конечность, прошу прощения, на Руку Всевластия, была одинаковая одежда. Чтобы легче опознавать своих. У «Людей Чести» с Извольским во главе даже оказалось нечто вроде эмблемы. Само собой, неофициальной.
— Илья, сколько там на твоих котлах?
— Прошу прощения? — не понял Горчаков.
— Который час?
Тот щелкнул крышкой хронометра на цепочке и выдал ответ.
— Без двух минут полдень.