— Коля, а погладить можно?

— Слушай, даже не знаю. Дружок, — обратился я к кьярду. — Ефиму тебя погладить можно?

Мифический конь сначала тряхнул гривой, но потом все же медленно склонил голову.

— Чтоб меня Кондратий хватил, — чуть не взвизгнул от восторга мой нападающий. — Откуда он у тебя?

— В лотерею выиграл. Писали, что главный приз автомобиль, но, видимо, обманули. Фима, у меня к тебе серьезный вопрос. Мне нужна конюшня, где примут этого красавца. Пусть ее владелец будет самым отбитым. С адекватными не прокатило.

— В смысле отбитым?

— Скажем так, не от мира сего. Кьярда нигде не берут. Говорят, у него паспорта прививок нет.

— Коля, ты все время так говоришь странно. Вроде по-русски и вроде нет. Но если тебе конюх нужен, который за кьярдом приглядит, то нужно к Мише Хромому идти. Он раньше в придворной конюшенной конторе служил, которая возле Тройного моста.

— Фима, я не местный. И мне твои геолокации ни о чем не говорят. Давай ближе к сути.

— Его со службы погнали за что-то, он на Ваське и поселился, на отшибе. Давно еще, до перехода. Лошадей от хворей разных выхаживает, даже ноги им сращивает, у него небольшая конюшня есть.

— Далеко отсюда? — спросил я.

— Да нет. Коля, а можно на нем прокатиться?

Кьярд обнажил зубы, красноречиво давая понять, что он думает о подобной инициативе.

— Лучше не надо. Пойдем, хотелось бы разобраться со всем этим сегодня.

Оказалось, что Миша Хромой жил в семи минутах ходьбы от моего завода… Иными словами, у черта на рогах. Забавная случайность, конечно. Что еще? Он оказался Хромым. Но к этой неожиданности я был готов.

Что еще интересно, я ожидал увидеть какого-то опустившегося мужика, а к нам вышел мужчина лет пятидесяти, с опрятной подстриженной бородой и чистым круглым лицом. Был одет он в серую полотняную куртку, черные штаны и кожаные до колен сапоги. И припадал на левую ногу.

— Здрасьте, дядя Миша.

— И тебе не хворать Ефим Викторыч, — усмехнулся Хромой. Он пробежал взглядом по мне и жандармам, но основное его внимание привлек Дружок.

— Дело есть, дядя Миша.

— У тебя или у друга твоего?

— У друга.

— Так пусть сам говорит. Или у него языка нет?

— Есть язык, — ответил я. — Слышал, что у вас богатый опыт в обращении с лошадьми и… другими животными. Хотел бы на время оставить у вас кьярда. Прежде, чем вы откажетесь…

— Почему же откажусь, Вашблагородие? — снова усмехнулся Миша Хромой. — Взять возьмусь. И с кьярдами приходилось работать, опыт имеется. Три «катеньки» за месяц и по рукам ударим.

— Сколько? — сказали мы почти одновременно с Илларионом. Причем в голосе моего слуги боли было значительно больше.