Забавно, что на трибуне напротив, взглядом я наткнулся на моложавого мужчину лет сорока в скромной и небогатой одежде. Видимо, дворянин, работавший каким-нибудь чиновником средней руки. На жизнь хватает, но не более. Он, заметив мой пристальный взгляд, тот почему-то виновато улыбнулся, будто стесняясь своей особенности и приподнял над головой шляпу с узкими полями. Я улыбнулся в ответ и повторил его жест, коснувшись фуражки.

— Но не будем затягивать. У нас сегодня несколько претендентов. Итак, Граф Шереметьев Александр Иванович, маг пятого ранга, бросил вызов Его Высокородию Булько Тарасу Никифоровичу, магу четвертого ранга.

Не знаю, какая кошка пробежала между претендентами, но глядели они друг на друга, как кровные враги. По мне, тут все было довольно очевидно. Ранги все-таки должны решать. Поэтому я оглядел тщедушного старика Шереметьева и мысленно сделал ставку на здорового и толстого Булько, мужчину не старше тридцати в гражданском мундире.

— Сходитесь, господа.

Противники приблизились, гневно сверля друг друга взглядами, а Бабичев тем временем что-то негромко им говорил. После чего вскинул руку и крикнул.

— Расходимся!

Маги развернулись и стали почти одновременно вышагивать, удаляясь от конферансье. Тот, впрочем, тоже поспешил убраться в сторону, чтобы не попасть под дружеский огонь.

Я насчитал пятнадцать шагов, когда претенденты почти одновременно развернулись. Шереметьев сделал это чуть быстрее и стал создавать заклинание. Булько, пусть и с некоторым опозданием, но занялся тем же. Что самое забавное, творили они одно и то же — Кольчугу.

В принципе, вполне логично. Надо в первую очередь обезопасить себя, а потом уже заниматься смертоубийством. Ну, или попыткой покалечить противника. Я прикинул арсенал пятого и четвертого ранга. Там много чего можно показать интересного. Так и произошло.

Первым ударил Шереметьев. Земля вокруг Булько вздыбилась, а самого здоровяка отбросило прочь. Я изумленно раскрыл рот — о таком заклинании в самоучителе не писали.

— Что это? — торопливо шепнул я Горчакову.

— Баллиста, — не отрывая взгляда от арены, ответил тот. — Похожее на Кистень, только площадь воздействия больше. Но Кольчуга должна справиться.

Так и получилось. Булько поднимался, по ходу создавая форму, а уже оказавшись на ногах, выбросил вперед руку. Нечто невидимое стало ее продолжением. Оно с ужасающим свистом рассекло воздух и ударилось о защиту Шереметьева. Старик едва покачнулся, но остался на ногах. Правда, ненадолго.

Его Высокородие дернул рукой, и граф, связанный невидимой силой, рухнул на спину, словно ему сделали подсечку, и заскользил по земле к претенденту.