— Вы сами виноваты, — сказал я, медленно заводя руку за спину. — Мы к вам не напрашивались.

— Заткнись! — рявкнул Рикардо. — Убьем тебя. Медленно. Пусть смотрят, как ты сдохнешь. Таланты все ваши обнулились, так что ничего ты нам не сделаешь!

Они начали окружать нас. Семеро против двоих — Бергман стоял, прикрывая Анастасию с детьми и Павла. Автомат в его руках был на предохранителе.

— Дети здесь, — сказал Бергман спокойно. — Отпустите их. Ваше дело со мной и с Денисом.

— Дети? — Мария оскалилась. — Нам плевать. Поиграемся с детишками.

Я выхватил «Нагибатор» и сказал:

— Последний шанс, — сказал я. — Уходите. Или не уйдете никогда.

Они засмеялись. Рикардо шагнул вперед, взмахнув ржавым тесаком.

— Да пошел ты…

— Огонь! — рявкнул здоровяк со шрамом.

Трое из них подняли автоматы и открыли огонь. Грохот выстрелов оглушил. Я бросился в сторону, активируя «Ветер» на бегу, но не ото всех пуль можно увернуться, даже с удвоенной скоростью.

Что-то жгучее полоснуло по левому боку. Потом по бедру. Я покачнулся, но устоял. Боль пришла через секунду — острая, обжигающая. Теплая кровь потекла по ноге, пропитывая штанину.

Черт! Два попадания. Но ничего критичного — ни артерий, ни костей. Повезло. Или броня сработала.

Очередь прошла над головой Бергмана — он пригнулся, прикрывая собой семью Павла.

Под «Ветром» мое тело стало легче, движения — быстрее. Я будто скользил по земле, не касаясь ее.

— Хватит сжигать патроны! — заорал Рикардо. — Они потратили все способности! Так забьем! Холодняком!

Автоматы замолчали. Видимо, магазины почти пустые — стрелять попусту не хотели. Или действительно решили взять живым, чтобы помучить перед смертью.

Зря они так.

Первым был Рикардо. Он даже не успел понять, что произошло. Я пересек расстояние между нами за долю секунды и размахнулся «Нагибатором». Тяжелая бита со свистом прошла по дуге и врезалась ему в висок. Хрясь! Череп проломился, как яичная скорлупа, брызги крови и осколки костей веером разлетелись в стороны. Рикардо даже не вскрикнул — его тело отбросило на девять метров, он пролетел по воздуху и рухнул на груду мусора, умерев еще до падения. Похоже, урон модификации сработал на все сто.

— Урод! — заорал один из парней и бросился на меня.

Я развернулся, уклонился от удара ножом и врезал битой снизу вверх, в подбородок. Челюсть вылетела с треском, зубы рассыпались белыми осколками, голова запрокинулась назад под неестественным углом. Он завалился навзничь, захлебываясь кровью и обломками собственных зубов.

Двое других в это время пытались зайти с флангов, но эффект «Цепная молния» их отбросил.