— Извините, народ, мне надо восстанавливаться, потому я сожру ее в одно жало.

Все уставились на меня, но кусок в горло полез. Поглотил шоколадку, и «активность» подпрыгнула до 72%, а потом стала восстанавливаться медленнее. Недостаточно белка, жиров, витаминов и микроэлементов, чтобы срастить сломанные кости, восстановить поврежденные ткани.

— Что ты собираешься делать? — спросил Тетыща.

— Вода есть у кого-нибудь? — ответил я вопросом на вопрос. — Бутылку выронил, когда дрался.

Тетыща, глядя на меня в упор водянистым, ничего не выражающим глазом, повторил. Сергеич сложил руки на груди, приготовившись ждать. Тори было все равно, ее начинало трясти.

Лгать было не с руки.

— Подожду, когда титан свалит, и вернусь.

— А если он не свалит? — спросил Сергеич.

— Попытаюсь перелезть через гряду подальше от тоннеля.

Сергеич хмыкнул:

— Ну-ну, попытайся.

— Не вижу поводов для иронии. От меня зависят люди, и они в опасности. Как заберусь на вершину, может, смогу с ними связаться. А вы идите, как запланировали. — Я кивнул на Тори. — Вон, у вас человек страдает. Так что там насчет воды?

— Одна бутылка, литр, — ответил Тетыща. — Но ты же с нами не идешь в город, отдавать ее тебе нецелесообразно.

Вместо того чтобы уходить, он уселся на асфальт, скрестив ноги. Сергеич развалился рядом, сунув в рот травинку. Быстро переметнулся, чертов Пролетарий! Мальчиш-плохиш, мать его так.

— Идите, чего вы? — проговорил я.

— Неизвестно, что нас ждет там, — сказал Тетыща. — Пробиваться лучше большой группой, а ты ее здорово усилишь. Так что я посмотрю, получится ли у тебя вернуться, и только тогда уйду.

— Как знаешь.

Сплюнув, я поднялся на возвышенность и окинул окрестности хозяйским взглядом. Позади — покрытая растительностью гора, впереди — закругление дороги, утопающей в джунглях, а много дальше — еще горный хребет.

Где ущелье, которое обещал Сергеич? Отсюда не видно.

Я повернулся к тоннелю. Скала тут была крутой, а дальше, там, где буйствовала растительность, виднелись уступы, между которыми темнели отвесные стены по три метра из скальной магматической породы. Голова еще кружилась, ребра побаливали, но я двинулся вдоль дороги, поглядывая на гору и выискивая пологие склоны.

Ага, вот он! Гору словно разрубили пополам, и между двумя ее частями раскинулось ущелье.

Я направился туда, удивляясь отсутствию бездушных и все больше уверяясь в том, что их пожрал титан и так прокачался.

Растения селились прямо на скале, присыпанной перегноем, корни вились, как гигантские черви. Пришлось попыхтеть, перелезая через них и двигаясь наверх, пока не уперся в отвесный склон, который было никак не преодолеть. Все-таки взобрался на уступ сбоку и посмотрел на дорогу сверху.