Бой длился минут пятнадцать. Титан методично крушил военную технику, но и сам получал урон — его броня треснула в нескольких местах, из трещин сочилась бурая жидкость. Наконец, разгромив половину техники противника, он развернулся и неторопливо зашагал обратно к центру города.

— Зря они к нему сунулись, — понимающе кивнул Тетыща. — Похоже, у каждого титана своя территория, которую он защищает.

— А это точно вояки, — заметил Сергеич. — Потеряли половину техники, но отступили организованно.

Мы спустились с крыши. Сергеич спросил:

— Так че, мы назад валим, да? Че нам тут делать. Опасно, аптеки разграблены. Это ж не одна такая, а все. Торчков тут до фига, они уже все растащили. И еще следит кто-то, вряд ли просто поздороваться хочет.

Все посмотрели на меня, ожидая окончательного решения.

— Отступаем, — распорядился я.

Мы двинулись назад, обходя место недавнего боя широкой дугой. Мы никого не видели и не слышали, но не оставляло ощущение чужого недоброго присутствия.

И тут, когда мы переходили небольшую площадку между разрушенными, втоптанными в землю зданиями, воздух вокруг нас вдруг загустел. Я попытался сделать шаг и понял, что не могу — ноги словно увязли в невидимой патоке.

— Да греб крокодил вашу ногу… — начал материться Сергеич и вдруг замолчал, поняв, что тоже не может пошевелиться.

Тетыща застыл в позе своего прототипа, застрявшего в жидком азоте, а Тори перестала корчиться на носилках. Нас всех парализовала какая-то неведомая сила.

— Ола! — донеслось на испанском откуда-то сверху. И на английском: — Кто вы, чужаки?

Я попытался поднять голову, но смог лишь скосить глаза. На крыше ближайшего дома на корточках сидел силуэт в темном. Потом еще один появился слева, третий — справа. Нас окружили.

— Кто вы такие и зачем пришли на нашу землю? — спросил тот, что на крыше.

Голос звучал молодо, но с нотками нескрываемой угрозы. Я попытался ответить и обнаружил, что говорить могу, а двигаться — по-прежнему нет.

— Туристы, — осторожно ответил я. — Ищем лекарства для больной.

— Лжец, — фыркнули справа. — Сканер показывает, что среди них есть чистильщик. Это не туристы — это разведчики «Ковчега».

— Или наемники, — добавил третий. — Кто вас послал? «Железные псы»? «Ковчег»?

Тетыща попытался что-то сказать, дернул кадыком, приноравливаясь к новому состоянию, и прохрипел:

— Мы неместные.

— С острова Боракай? — переспросил главный. — Там нет живых, мы проверяли.

— Мы с той части острова, что за хребтом, — покачал головой Бергман. — Там, где курортные отели… были.

Повисла тишина. Потом главный спрыгнул с крыши — легко, словно кот, хотя высота была метров шесть. Подошел ближе, и я разглядел его — парень лет двадцати пяти в потрепанном военном камуфляже, с автоматом за спиной и какой-то хитрой штуковиной на поясе.