Поначалу, когда только получил власть над бездушными арены, я расправил крылья и подумал, что могу стереть осиное гнездо с лица земли. Потом огреб от конкурента и чуть не сдох, потому пыл поумерил. Ну нельзя было их победить! Слишком уж бандитов много, слишком у них высокие уровни, а бездушных у меня меньше тридцати, надо будет их пересчитать.

Когда нас вели, казалось, что врата тюрьмы можно выбить только танком. На дозорных вышках нас уже ждали и открыли огонь, который оказался малоэффективным. Тогда с дальнего конца двора выехало два грузовика. Эти запросто могли размотать амбалов. В этот момент бездушные налегли на ворота общими усилиями — засов выдержал. Второй раз — ворота прогнулись, но устояли. Тем временем фуры подъехали ближе, начав сбавлять скорость.

— Поднажмем! — заорал Сергеич, навалившись на ворота вместе с зомбаками.

Бергман поддержал Тори.

Да и мы все навалились, и вдруг треск, грохот крошащегося бетона, и нет больше ворот. Я призвал остальных зомбаков, и мы вшестером рванули прочь по широкой улице. Взревели моторами фуры. Надо было разделяться, но куда лучше бежать?

— Вечный, — крикнул я, — куда теперь?

— Подальше, — выкрикнул Дак. — Так просто они нас не отпустят.

— На открытом дворе нас раскатают грузовики и прошьют с вышек, — сказал Вечный, ежась.

— Я знаю, — вызвался Дак. — Уйдем под землей. Старая система стоков! За мной!

Мы свернули направо, где переулок был перегорожен микроавтобусом, потом еще раз направо. Метнулись к люку под столбом с провисшими кабелями. Дак сдвинул люк, плюхнулся в черноту. Будто из трубы донесся его искаженный эхом голос:

— Давайте сюда, тут полтора метра. Правда, придется пригибаться.

Я думал, что дерьмо пересохнет, потому что канализацией давно не пользуются, и в водопроводе нет воды. Хрена с два.

«Индеец» первым нырнул в зловонную тьму. За ним Сергеич, потом Вечный, дальше Тетыща и Тори. Думал, начнет возникать, но нет, молчала, терпела. Я остался последним, мысленно скомандовав своим бездушным начать атаку.

Сразу же снаружи затрещали автоматы. Закричали люди. Что-то взорвалось — наверное, граната. Значит, мои зомбаки добрались до первой линии обороны.

Я прыгнул в люк и погрузился по пояс в зловонную жижу. В трубе было невысоко, и пришлось пригнуться. Сверху донесся визг тормозов.

Тоннель оказался по пояс заполнен жижей неопределимого цвета и консистенции. Вонь была такой, что глаза слезились. Но мы продвигались быстро — Дак знал дорогу.

— За мной! — крикнул он, и мы побежали, а зомби я велел следовать за нами по поверхности, чтобы не терять бойцов. — Воняет, как в аду.