Конрад не ответил. Вышел из кабинета, с чувством выполненного долга и пошел проводить утреннее совещание. Он бы с удовольствием перепоручил его кому-нибудь другому, но подходящего сотрудника, как назло, не оказалось.
Мамона
Демон спустился на подземный уровень башни и открыл малое хранилище. Это была небольшая комната, размером с трехкомнатную квартиру. Здесь демон хранил сокровища четвертого порядка. Это были довольно дорогие вещи, но по каким-то причинам они не представляли для демона интереса и были отобраны “на подарки”.
За долгие столетия жизни среди смертных ему еще ни разу не приходилось посещать семейные ужины, поэтому он просто не знал, какой подарок преподнести родителям жены. Это должно было быть полезно, красиво, не вычурно. Но кажется, что ничего не подходило.
Глаза бегали по китайским вазам разных династий, в которые уже никто и никогда не поставит цветы. По тонким ширмам, которым явно не место в технологичных квартирах. По антикварным драгоценностям, столовому серебру, часам разных марок. Все эти сокровища казались неуместными для такого мероприятия.
— Не думала, что ради моих родителей ты откроешь хранилище.
Саломея появилась совершенно бесшумно. Она подошла к мужу и обняла его со спины.
— Я думал, ты обустраиваешь мастерскую.
— Я соскучилась, — призналась жена. — Раум сейчас выгоняет сестрицу из своего кабинета и не хочет, чтобы я видела этого позорища. А у тебя в хранилище голых женщин вроде нет.
Мамона повернулся к жене и обхватил ее лицо ладонями. Так, она казалась особенно маленькой и беззащитной.
— Откуда ты знаешь про голых женщин?
— Там вся окрестная нечисть делала ставки на то, кто из них победит, Карина или Вика.
— И кто победил?
— Карина. Но, по очкам. Нокаута не было, разрыв минимальный.
Мамона, поддавшись приступу неожиданной нежности, наклонился и поцеловал Саломею в лоб. Этот поцелуй оказался таким нежным и трепетным, что мог бы войти в число самых трогательных моментов столетия.
— Ты же знаешь, что эти женщины — случайность? Правда? — на всякий случай спросил демон.
— Я бы это трактовала как вторжение с попыткой украсть коммерческую тайну, но случайность тоже неплохо.
Мамона рассмеялся. Бархатистый грудной смех заполнил пространство хранилища, и Саломея улыбнулась в ответ.
— На ужине у родителей будет твоя сестра и…
— Гена?
— Угу.
— Не переживай. Я не держу на него зла. Обойдемся без кровавых разборок.
— А сестра?
— С ней нам тоже пора поговорить спокойно. Хотя, вам бы я рекомендовала ширинки без присмотра не оставлять. Мало ли что взбредет этой стерве в голову.