— От одного вечера ничего не изменится, — продолжил спорить Конрад.
— Вам ли не знать, как один вечер может изменить жизнь?
Демон замолчал. Влад снял маску и положил на стол. Шрам неприятно зудел.
— Адам прав. Не нужно сейчас на нее давить.
Конрад ничего не ответил. Но это молчание уже можно было считать за согласия.
— Приготовь завтра комнату для Александры. Надеюсь, здесь процесс пойдет быстрее.
— Уже сделал, — отчитался слуга. — Остальную прислугу с верхних этажей убрал. Заменил на обычных людей. Чтобы не напугать.
Влад кивнул. Он не любил людей в качестве персонала. Они были слишком шумными. Но признавал, что черти, подающие утренний кофе, вряд ли обрадуют Саломею.
— Хорошо.
— И у меня есть новости.
— Какие?
— Я поговорил с одним знакомым Амуром.
Влад напрягся. У Адама были обширные связи в небесной канцелярии, но он пользовался ими только в самых крайних случаях.
— Он сказал, что демон Мамона никогда не бывал в Эдеме. И никогда не встречался с Гуриями.
— Он уверен?
— Абсолютно. Никаких упоминаний о вашем посещении райских садов, да и вообще небес, с момента падения не было.
— Я же говорил, что ты никогда там не был! — обрадовался Конрад.
Влад задумчиво потёр подбородок.
— Значит, воспоминания — подделка?
— Похоже на то.
Влад сглотнул. Он уже догадывался о том, что часть его воспоминаний — подделка, но до последнего надеялся, что это ошибка.
Глава 20.
Александра
Вечером, уже в своей квартире, я сидела на кровати и смотрела на бокс с книгой. Нужно было заняться гардеробом, домашними делами, просто поспать, но я не могла выбросить этот артефакт из головы. Лишний раз трогать реликвию было нельзя, это могло усложнить работу. Но кончики пальцев буквально горели от желания прикоснуться к пожелтевшим листам.
Не выдержав внутренней борьбы, я пошла к шкафу, достала пару защитных перчаток и достала книгу из бокса. Буквы завораживали. В вечернем освещении, казалось, что они светятся. Сердце сжималось от досады, что я не могу прочесть написанное. Не знаю имени писца, который добился такого удивительного мастерства. Даже знаменитая Линдисфарнское Евангелие не могло с этим сравниться.
Чем дольше всматривалась в страницы, тем больше хотелось понять, что там внутри. Братья назвали книгу “Хрониками Саломеи” или “Воспоминаниями о Саломее”. Единственный исторический персонаж, который мне был известен под этим именем, была приемная дочь Ирода. Та, что потребовала смерти Иоанна Крестителя по настоянию матери. Хотя последнее можно было считать исключительно догадками и сплетнями.
Больше никаких воспоминаний об этой девушке не сохранилось. Лишь один эпизод с дворцовой интригой и несколько исторических хроник, где она вышла замуж за дядю, а потом за Аристобула, еще одного древнего правителя.