— Что это?
— Это издание называется “Хроники Саломеи”.
— Никогда о таком не слышала.
— Я хочу заказать у вас восстановление этой книги. Можете назвать любую сумму за работу.
Дрожащими руками потянулась за книгой. Такой старой вещи я еще, кажется, ни разу не видела. Внутри все сжалось от трепетного восторга.
— Конрад! Ты что здесь делаешь?!
Я снова дернулась от неожиданности и опрокинула на пол бокс с инструментами.
— То же, что и ты, брат.
Глава 11.
Александра
С одной стороны, ситуация выходила не только из-под контроля, но и из разумных границ. С другой, я пожалела, что не включила охрану. Вряд ли, конечно, она остановила бы кого-то из этих двоих, но компенсацию с бюро вполне могла бы получить.
Пока я думала о деньгах, Конрад бросился собирать инструменты. Точнее, попытался броситься. Брат ловко схватил его за ворот, и одним плавным движением вернул в кресло.
— Я сам! – рявкнул Мамона и опустился на колени.
Я несколько раз моргнула. Даже захотелось ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что это не сон. Что здесь вообще происходит?
Пока я терялась в догадках, лицо князя оказалось в опасной близости от колен. Чтобы хоть как-то вернуть ситуацию под контроль, спросила:
— А вы, как оказались в моей мастерской, князь?
— Вошел через дверь, — усмехнулся мужчина вставая. — Можете звать меня просто Влад.
— Влад?
— Как героя этой книги, — мужчина кивнул на низкий столик, где лежал коллекционный экземпляр “Истории тиранов”, посвящённый Владу Цепешу.
— Зачем вы пришли?
— Хотел извиниться.
— Извиниться?
— Да.
Мужчина нашел глазами свободный стул, поставил его прямо напротив меня и сел.
— Извиняйтесь.
Я думала, что князь растеряется, пойдет в отказ, и на этом можно будет закончить разговор и выпроводить братьев из мастерской. Но у князя были совсем другие планы.
— Александра, — он сделал короткую паузу и закинул ногу на ногу, — я приношу вам свои извинения, за неподобающее поведение моего брата.
Мои глаза непроизвольно расширились. Конрад подскочил.
— Что я такого сделал?
— Ты назвал мою гостью шлюшкой и крыской. Согласись, ни одно из этих определений не соответствует действительности.
Влад перевел взгляд на брата. Маска насмешливо блеснула в искусственном освещении мастерской. Конрад сжал зубы и покрылся красными пятнами. Образ высокомерного повесы и хозяина жизни, тут же испарился.
— Тебе обязательно было ей об этом напоминать?
— Дама имеет право знать, с кем связывается.
— Ты из себя-то ангела не корчи!
Я только переводила взгляд от одного мужчины, на другого. Сцена казалась забавной, даже знакомой.