— Что будет, если она нас не вспомнит? — тихо спросил Конрад, будто боялся этого вопроса.
Влад посмотрел на брата. Последний раз в таком состоянии он его видел, когда они узнали, что Саломея ступила в реку перерождения.
— Ты бы лучше подумал о том, что будет, когда она всё вспомнит.
— Бросится к нам на шею, и мы сможем вернуться домой.
— Она ушла, потому что думала, что застукала тебя с ведьмой.
— Я тебе рогами клянусь! Я не спал ни с какой ведьмой!
— Ты это ей потом докажи! Еще и дневник притащил!
Влад снова почувствовал, как от злости начали прорезаться рога. Но в этот раз остановить процесс он не мог. Слишком зол был на брата и его глупость.
— Слушай, я же не инкуб какой-то, чтобы себя не контролировать. Меня в нашей семье всё устраивало. Может, она вообще не из-за меня ушла. А потому что ты в своей сокровищнице времени проводил больше, чем в спальне.
— Не переводи стрелки!
Конрад замолчал. Влад снова закрыл глаза. Еще никогда князь Мамона, не чувствовал себя таким беспомощным.
Глава 12.
Александра
— Что здесь вообще происходит?
Потерла лицо руками, не веря в реальность. Несколько раз ущипнула себя за предплечье. Ничего не изменилось. Я все так же находилась в мастерской и смотрела на дверь, которая закрылась за братьями.
— У богачей свои тараканы в голове, — выдохнула, села в рабочее кресло и взяла кисть.
Сосредоточиться на ткани не получилось. Взгляд натыкался то на книгу, то на кулон. Оба предмета вызывали жгучий интерес и мешали работе. Сначала попробовала спрятать их в шкаф, но через полчаса не выдержала и достала обратно.
— Закончу первый этап очистки и посмотрю украшение! — пообещала сама себе.
Руки работали аккуратно и быстро, а мысли кружились вокруг кулона. В голове проносились страны, города, эпохи, имена ювелирных мастеров. Но ничего подходящего не находилось.
— Нужно будет завтра проконсультироваться с кем-нибудь, – пробормотала себе под нос, рассматривая через электронный увеличитель изумрудные ворсинки. — Может, в ювелирной палате можно найти подходящего специалиста.
К тому моменту, как закончила работу с платьем, время приблизилось к часу ночи. Осторожно переложила изделие в ионный бокс, хорошо вымыла руки и вернулась в мастерскую. Любопытство и профессиональный азарт были сильнее усталости и сна.
Надела тканевые перчатки и взяла украшение. Оно явно было старым. О возрасте говорил цвет металла. Он был глубоким, матовым, как у старинного золота. Только что-то было в этом сплаве такое, что отличало его от обычного ювелирного металла. Делало цвет и фактуру то ли глубже, то ли богаче.