Тетка прогремела каблуками к моему столу и швырнула какую-то книгу в мягкой обложке:

— Мне что-нибудь из этой же серии.

— Из какой серии? — не поняла я.

— Что-нибудь вроде этого, — раздельно сказала она, тряхнув волосами-сосульками.

Я взглянула на книгу. «Химия и жизнь», — значилось на обложке.

— У нас не библиотека широкого профиля, — сказала я сухо, — здесь хранится нормативная документация…

— Но вы обязаны искать по моему запросу, — заявила Четвергова.

— Да, но узкоспециализированные источники.

Она еще немного потопталась перед столом, пытаясь просверлить меня взглядом.

— И к чему мы пришли? — сказала наконец таким тоном, как будто разговаривала с нахулиганившей школьницей. Впрочем, такой тон у нее был всегда. Ничего нового.

— Здесь нет ничего про химию и жизнь, — спокойно сказала я. — Поищите в массовых библиотеках.

— Ах, вы меня посылаете в массовые библиотеки? — едва не задохнулась она от возмущения, а глаза опять загорелись безумием. — Да вы знаете, сколько у меня работы? Я бы еще по массовым библиотекам бегала! Придумала тоже!

— Так если у вас много работы, идите и выполняйте, — со вздохом сказала я, — не теряйте время.

— Вы мне отказываете в обслуживании? — продолжала истерить вздорная тетка. — Ну хорошо, тогда я напишу жалобу. Ишь, учить она меня будет!

Она прогромыхала каблуками к выходу. Громко хлопнула дверь.

Блин, расскажешь такое кому-нибудь — не поверят же!

Как ни крути, а настроение было испорчено. Эх, а день так хорошо начинался!

С утра я позавтракала омлетом, приготовленным Валентиной Николаевной. Она уже несколько дней, как приехала, и сразу вписалась в нашу семью — как стандартной высоты книга на полке. Ни мне, ни Ритке абсолютно не мешала, наоборот — облегчала наш быт. Любила хлопотать по хозяйству, ходила с дедом в магазин, помогая выбирать продукты. Теплыми вечерами они вместе сидели во дворе на лавочке или дома перед телевизором.

Дед к ее приезду купил диван у соседей — тех самых, которые летом выдали свою дочь замуж. Дочери с зятем теперь требовалась двухспальная кровать, и диван, почти новый, они нам сбагрили по сходной цене.

Даже приходя вечерами к деду поговорить, я не испытывала неудобства оттого, что в комнате была теперь Валентина Николаевна. Она активно участвовала во всех наших проблемах, ни к чему не оставаясь равнодушной. Частенько давала дельные советы, делилась историями из своей жизни.

Я была рада за деда. Ведь рано или поздно вернется Дима, и я уеду из этого дома, возможно, вместе с Риткой. Вадим, само собой, переедет на Шошина. Так пусть хотя бы отец Альбины один не останется.