— У нас он тоже не живет, — сказала я, — и никогда не будет. И вы знаете, почему. А еще, я так полагаю, вы давно изучили его как человека. И понимаете, что мы в этом деле помочь ничем не сможем. Даже если сильно захотим. Мне кажется, у вас и то больше рычагов воздействия на него. Он вас и мамой называл, и вообще прекрасно относился. Как-нибудь получше, чем к собственным родителям.

Валентина Николаевна при этих словах вспыхнула, глаза ее округлились. Конечно, дед не успел ей рассказать всю подноготную своих детей.

Анна Федоровна открыла рот, чтобы сказать что-нибудь колкое, но вовремя прикусила язык.

— Я и не надеялась на вашу помощь, — покачала она головой, — я пришла, чтобы посоветоваться. Да, Володя хорошо ко мне относился, но это было сразу после свадьбы, и пока моя дочь была здорова. Потом все изменилось. Вы знаете, что он ничем нам не помогает — ни деньгами, ни посильной физической помощью?

— Предполагаю.

— Я, я сама все тяну, — в ее голосе послышались слезы, — я и в школе на полторы ставки кручусь, как белка в колесе. И домой прихожу — второй день начинается. Двое детей на руках и больная дочь — это что, шутки? А он все лето где-то пропадал, теперь опять его где-то носит.

Я открыто взглянула ей в глаза:

— Я все понимаю, и очень сочувствую. Но мы-то что можем сделать? Вы говорите, он не живет дома? Так я даже не знаю, где он живет. Он заходил, пока были проблемы. А сейчас, я так понимаю, он от проблем сбежал. И мы больше не нужны. И честно говоря, я совсем не рада его здесь видеть. Не проявлял бы он такую настойчивость, не лез к нам в дом — думаете, я стала бы с ним общаться?

Анна Федоровна промокнула глаза платочком и гордо выпрямилась, сидя на диване.

— А я была уверена, что вы знаете, где он.

— Откуда?

— Вчера к нам заявилась ваша подруга…

— Какая еще подруга? — меня обожгло изнутри от неожиданности.

— Ну, такая, с кудряшками, Светой представилась.

Ах, Светка! Да как же у нее наглости-то хватило туда припереться? У меня слов не было, и я с трудом выдавила:

— Понятно, и зачем она приходила?

— Она сказала, что Володька поселился у еще одной вашей подруги. Ее зовут Маша. И еще Светлана сказала, что только вы, вернее, ваша семья, можете повлиять на Володьку, вернуть его домой, к жене и детям.

Я расхохоталась, несмотря на трагичность ситуации.

— Вы извините, конечно. Только повлиять на него мы никогда не могли. Когда Володька встретил вашу дочь, Маша была беременна. Да-да, не удивляйтесь. Маша много лет ждала от него предложения. А он встретил Нинку, которая на десять лет моложе, и побежал за ней, забыв про все. И мы все, как могли, уговаривали его одуматься. Но разве ж это к чему-то привело? Нет, он все равно сделал так, как хотел сам. И никакая совесть не взыграла, никакая ответственность за свои поступки. Володька — подлец, понимаете?