— Ты думаешь, он пойдёт? — усомнился я.

— Не знаю, — она пожала плечами. — Но он должен знать. Идём.

Мы вместе подошли к двери Дамиана. На этот раз стучала Лина.

Он открыл. В его комнате было почти темно, горел лишь один маленький светильник над столом, где лежала раскрытая книга.

— Что ещё? — спросил он своим обычным ровным тоном.

Лина быстро, вполголоса, изложила ему ситуацию. Что я «вспомнил» путь. Что мы собираемся идти в Запретную секцию после отбоя.

Дамиан выслушал её, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемым. Когда она закончила, он посмотрел не на неё, а на меня.

— Ты уверен, что это не ловушка? Что твоё «воспоминание» — не подделка, подсунутая тебе кем-то?

Слова Дамиана ударили, как пощёчина. Ловушка? Поддельное воспоминание? Я никогда не думал, что это возможно! Что всё, что я «вспоминал» об Алексее, может быть подстроено. Но кем? Зачем? Да ну, бред. Бред! У меня есть дневник. Есть ощущения. Пока что всё это меня не подводило. Я не мог допустить, чтобы мои собственные воспоминания тоже оказались под подозрением.

Я почувствовал, как внутри поднимается лёгкая паника, но тут же задавил её.

— О чём ты говоришь? — ответил я твёрдо, глядя ему в глаза. — Нет. Это мои воспоминания.

Я решил укрепить свою легенду, сделать её более правдоподобной.

— Просто… после дуэли и истощения, меня, как бы это сказать… травмировало ментально. Я не помнил некоторых вещей. Но это не должно подвергаться огласке. Вы меня понимаете?

Я обвёл их обоих взглядом. Я не просто отвечал Дамиану. Я напоминал им обоим, что моя «амнезия» — это наш общий секрет, который защищает нас всех.

Дамиан долго смотрел на меня, анализируя.

— Понимаем, — кивнул он наконец. — Но это не отменяет того, что ты сейчас — самое слабое звено. Твоё сознание нестабильно. Ты можешь быть уязвим для ментального воздействия.

Он выпрямился.

— Я пойду с вами.

Лина облегчённо вздохнула.

— Но не для того, чтобы сражаться, — добавил Дамиан ледяным тоном. — А для того, чтобы убедиться, что вы двое не вляпаетесь в ментальную ловушку, которую даже твои железки, Полонская, не почувствуют. И если я скажу «назад», — он посмотрел на меня, — мы уходим. Без споров. Это моё единственное условие.

— Договорились, — кивнул я.

— Тогда через два часа, здесь, в общей гостиной, — сказал он и закрыл дверь.

Теперь мы были в сборе. Команда снова была готова к вылазке. Самой опасной из всех.

…

Часы ожидания тянулись как вечность. Я ходил по своей комнате, мысленно прокручивая план. Наконец, далёкий мелодичный звон возвестил об отбое. Академия затихла.

Я надел свой браслет «Тихого шага», взял светосферу.