Кое-как привожу себя в порядок и все-таки нахожу в себе силы вернуться в зал.
— Даниэль? Ты где?
Как дура хожу-брожу по всему ресторану, ищу мужа. Вот только его и след простыл. И Кати тоже нет…
Глава 36. Блюститель нравственности
Даниэль
Я успеваю как раз вовремя.
Цепляю Катю под локоть в тот момент, когда она спускается на первый этаж зала ресторана, и спешу вывести на свежий воздух.
Хорошо, что у меня в компании курильщиков раз два и обчелся, хоть на улице есть возможность поговорить тет-а-тет.
Хочу в приватной обстановке проинструктировать ее по поводу Пинташьяна.
Не понимаю, откуда он вообще взялся на корпоративе, ведь мы недавно завершили наше сотрудничество, и возобновлять его я не намерен по многим причинам.
Его изначально не должно было быть на корпоративе. Я это точно знаю, ведь Нана давала список гостей на согласование мне. И тут на тебе подарок…
Я помню, как он пускал слюни на мою жену.
И мне плевать, пусть она хоть триста раз бывшая.
С виду Пинташьян весь такой рубаха-парень, легкий в общении, доброжелательный. Но на деле — садист и извращенец, это одна из причин, почему он развелся. Об этом мало кто знает, но мне донесли.
— Даниэль, зачем ты меня сюда тащишь? — злится Катя, едва мы оказываемся в беседке.
Начало сентября, на улице стоит почти по-летнему теплая погода, а она почему-то ежится.
— Поговорить с тобой хочу. — Смотрю на нее угрюмо.
— А я не хочу! — вредничает Катя. — Иди к своей принцессе с тиарой! Что ты ко мне пристал? Развелись уже…
От упоминания Зары и ее тиары у меня сводит скулы.
Прибил бы ее за эту тиару, честное слово. Впрочем, как и за бриллиант в зубе. Который она таки сделала за мой счет, обосновав как медицинскую процедуру. Когда мне выставили счет из стоматологической клиники, я малость обалдел.
Инкрустация бриллианта в зуб — обалдеть какая важная медицинская процедура. Просто жизненно необходимая, мать ее так.
Видно, что моя реакция отображается на лице, потому что Катя хмурится еще больше.
— Я по делу, — тихо цежу. — В зале Пинташьян, и я не хочу, чтобы вы с ним говорили.
Катя стоит, хлопает ресницами, смотрит на меня, как на идиота, и ничего не отвечает.
Понимаю, оно, наверное, дико звучит, что я запрещаю бывшей разговоры с каким-то левым мужиком. Но…
— Он неадекватен, — давлю ее аргументами. — Я думаю прежде всего о тебе и твоей безопасности, поэтому…
— Даниэль, — начинает Катя строго. — Спасибо за заботу, но я не собиралась крутить хвостом перед Пинташьяном. Да и потом, с чего такие требования? С чего ты вообще взял, что между нами что-то может быть?