Ах вот чем он там шумел в соседней комнате последний час. Я тут свою жизнь оплакиваю, а он вещи собирает. Козел!
Не знаю, как у меня это получается, но я натурально начинаю скулить, как побитый щенок.
— Что ж ты делаешь… Что ж ты творишь со мной…
Мне так себя жалко, что просто умереть не встать.
— Через время ты поймешь, что нам необходимо было развестись, — заверяет он меня. — Мы не подходим друг другу, и нам не стоило так быстро жениться…
— А как же я? Как же наш малыш? — Я уже буквально захлебываюсь рыданиями.
— Я хотел дождаться родов, но потом подумал — какой смысл? — пытается он объяснить. — Мы все равно не полюбим друг друга, скорее уж сожрем друг другу мозг, чем мы, собственно, и занимались эти два месяца. А какой это будет пример для ребенка?
— Что значит — мы не любим друг друга? — выкрикиваю, все-таки садясь в кровати. — Я люблю тебя, как ты этого не видишь? Я ведь все для тебя…
— Зара, ты меня, конечно, извини, но единственный человек, которого ты любишь, — это ты сама. Мне лучше уйти. И лучше сделать это сейчас, чтобы до родов ты как-то свыклась. А когда ребенок появится, мы разделим обязанности и как-то научимся сосуществовать.
— К ней пойдешь? — спрашиваю с издевкой. — Учти, я все знаю про твои шашни с бывшей женой!
Он меряет меня жестким взглядом, показывая, что я лезу не в свое дело. Но все-таки отвечает:
— Пока что не к ней, если это так уж для тебя важно. Я возвращаюсь в дом, где жил до этого.
— Лучше бы ты его продал! — кричу на него. — Ведь собирался… Даниэль, не уходи пожалуйста, что же я буду без тебя делать?
Он молчит, хмурит лоб, а потом имеет наглость меня успокаивать:
— С тобой все будет хорошо. Я тебя не брошу, буду помогать, обеспечу ребенка. Вы можете остаться в этой квартире, я перепишу ее на тебя после развода.
С этими словами он встает с кровати, разворачивается и уходит.
Я же остаюсь на месте, совершенно обессиленная, внутренне опустошенная.
Надо же, какой правильный этот мужчина. Не любит он меня, видите ли. Не хочет показывать ребенку плохой пример… Развод ему подавай.
Я что, похожа на лохушку Кэт, с которой все это прокатит?!
Я — не она.
Если он думает, что я это так спущу ему с рук, то он глубоко заблуждается.
Есть… Есть козыри в рукаве! Король, дама, а еще туз или даже джокер…
Пора пускать их в ход.
Эх, хотела я быть благородной, но некоторые не понимают благородства!
Глава 38. Меч добра
Давид Артурович Дживанян
— Что же это будет, как же это так… — причитает жена, показательно вытирая уголки глаз.
— Тихо. — Строго на нее смотрю, когда она издает всхлип.