Сердце обливается кровью.
Очень хочу ей позвонить и узнать, все ли в порядке.
Но не могу же я вот так без явного повода… Или могу?
Задолбался я искать для контакта поводы. Задолбался! И ведь все равно пошлет меня лесом.
Неожиданно Катя встает, прямо в прихожей стаскивает с себя платье, швыряет на пол. Туда же летят лифчик и трусы. И вот она стоит абсолютно голая.
У меня аж в зобу дыханье сперло.
Зрение становится туннельным, вижу только голую ее, а внутри все аж вибрирует от нерастраченных чувств. Почти чувствую нежный ванильный аромат ее кожи.
Смотрю, как она крутится у зеркала, которое у нее во весь рост как раз у двери возле обувницы. У нее все такое родное и красивое, что отвернуться от ее прелестей нет никаких сил.
Катя рассматривает себя, зачем-то гладит живот. Потом вздыхает, собирает раскиданные по полу вещи и уходит в ванную.
Выдыхаю с разочарованием.
В этот момент пиликает мой телефон.
Сообщение от Кати! Странно, отправлено было полчаса назад, а оповещение о доставке пришло только сейчас. Но главное не это, конечно. А текст.
«Говно ты на палочке!» — пишет она мне.
С чего это? По какому поводу я сегодня говно? Ничего плохого ей не делал…
В этот момент оживает динамик внутренней связи.
— Даниэль Давидович, к вам Давид Артурович, пропустить? — спрашивает секретарь.
Интересно, что отцу тут понадобилось…
Глава 22. А какое у нее положение?
Даниэль
Обычно отец не балует меня визитами в офис.
Еще с тех пор, как я стал его замом, он повесил на меня почти все обязанности. Потихоньку готовил к своему уходу. Потому что хоть на старости лет мечтал пожить для себя, да и здоровье стало пошаливать. Врач посоветовал ему чаще бывать на свежем воздухе, вот он и увлекся игрой в гольф, ипподромом и прочими шалостями людей его возраста и положения.
Словом, не до работы ему было, знай дивиденды считал. А я впахивал за себя, за него и за того парня, как говорится.
Поэтому его сегодняшний визит сильно удивляет. На какое-то время я даже умудряюсь забыть про убойную эсэмэску Кати.
— Отец, какими судьбами? — Я лично провожаю его в кабинет. — Чай, кофе?
— Я поговорить, — машет он рукой.
Проходит в кабинет, усаживается на диван, что располагается напротив окна. Вижу, что-то там прикидывает в голове, больно задумчивое у него выражение лица.
— Весь во внимании. — Я устраиваюсь рядом.
— Видел сегодня твою Катерину, — начинает отец и внимательно изучает меня взглядом.
Слышу сакральное для меня имя, и аж всего изнутри будоражит. Кровь за секунду словно превращается в кипяток.
Очень стараюсь держать себя в руках, спрашиваю с видимым равнодушием: