Убить его было невероятно легко.
Просто потому, что он бесил. Просто потому, что Шен сильнее.
Шен распахнул глаза, слепо уставившись в стену.
Муан ощутил волну дрожи, пронесшейся по его телу, и, чувствуя себя полным идиотом, вновь не нашел ничего получше, чем спросить:
— Ты в порядке?
Шен отстранился и сел ровнее.
— Я… Мне нужно помыться, — осознал он.
— Тебе уже лучше?
Шен растерянно обернулся к нему. Мысли медленно ворочались внутри черепной коробки. Лучше ли ему? Разве ему может стать лучше?
Казалось, осознание произошедшего еще не полностью улеглось в его голове. И он боялся тех мыслей, которые могут там появиться.
«Я падаю».
Он все еще на той скале?
Нет, он сидит на кровати рядом с Муаном. Все хорошо.
Все хорошо?
Шен протянул руку и с силой сжал его ладонь. Да, он прямо здесь.
Но что-то внутри него откуда-то сорвалось и падает.
Какое… странное ощущение.
— Все… хорошо? — заглянув в глаза мечнику, спросил он.
Его взгляд казался потерянным. Муан не понял вопроса, но, казалось, ответь он сейчас все, что угодно — и Шен поверит безоговорочно. И что же ответить? Ведь Шен не выглядит так, будто все хорошо. Но он знает о своем самочувствии побольше Муана, так что вряд ли спрашивает об этом. Тогда что он имеет в виду под этим своим «все хорошо»? Которое «все»? Все ли будет в порядке из-за снующего поблизости контрольного бюро? Не обвинит ли их теперь эта сторона? Удастся ли в скором времени вернуться в орден?
Муан так надолго задумался, что взгляд Шена из растерянного сделался испуганным. Осознав, что точно совершил ошибку, раздумывая так долго, Муан поспешно произнес:
— Все хорошо. Конечно, все хорошо.
Но теперь Шен не выглядел убежденным его словами. Он упустил шанс.
Муан высвободил из его хватки свою руку и поспешно, пока Шен не принял и этот жест за подтверждения того, что «все не хорошо», обнял его, притянув к себе.
— Не знаю, что ты имел в виду под этим своим «все хорошо», — вздохнув, тихо произнес Муан, — но мы со всем справимся. Вместе.
И подтверждением тому, что на сей раз ему удалось подобрать верные слова, было то, как напряженная спина Шена расслабилась, плечи чуть опустились, он опустил подбородок на его плечо и тихо отозвался:
— Хорошо.
Муан смог принести для Шена небольшой таз с теплой водой и сам обтер его руки и лицо влажным полотенцем. Тот не особо сопротивлялся такой заботе и без долгих уговоров закрыл глаза, когда Муан предложил ему немного поспать. Дыхание его почти сразу сделалось размеренным.
Муан еще какое-то время молча стоял рядом, затем, заметив еще пару капель засохшей крови на шее Шена, присел на край кровати и осторожно провел по ней влажным полотенцем, задевая чертов ошейник. Пришлось повторить это еще трижды, прежде чем кровь оттерлась, но Шен не открыл глаз и только нахмурился во сне. Муан с тревогой вгляделся в его лицо.