— Ты в порядке? — спросили они одновременно и долго вглядывались в глубины чужих глаз.

— Я в порядке, — сдавшись первым, произнес Шен.

Муан помог ему сесть. В левой руке Шен продолжал сжимать кинжал с лилией, так, что пальцы затекли. Он осмотрелся по сторонам. Они вчетвером находились в тюрьме Нефритовой девы. Свет давал лежащий на земле догорающий факел. Лев сидел в позе для медитации и пытался совладать со своей раной с помощью духовной энергии. Ал расположился неподалеку и в данный момент внимательно рассматривал Шена.

Одна из створок все еще находилась в дверях, а перед ней все еще стояла плачущая Нефритовая дева. В том месте, где раньше была другая створка, все пространство от пола до потолка завалило камнями и землей. На месте, где ранее лежали родители Муана, был лишь почерневший участок земли.

Шен перевел взгляд на прославленного старейшину пика Славы. Костяшки пальцев того были полностью сбиты, пальцы — черные от земли, правая рука нервно подрагивала.

— Как Лев?

Машинально и Ал и Муан перевели взгляды на старейшину пика Синих звезд.

— Рана не смертельная, но достаточно серьезная. Далеко он не уйдет, — произнес Муан.

Шен посмотрел на противоположный выход, целиком утопающий в темноте.

— Тоннель тоже обвалился, — проследив за его взглядом, сообщил Ал.

— О, вот как…

— Похоже, мы здесь застряли, — резюмировал Муан.

— И все из-за предательства Рэна! — сжав кулаки, зло воскликнул Ал.

Шен дотронулся до черного ошейника, все еще обхватывающего его шею.

— Я не смог его снять, — произнес Муан.

— А ты пробовал? — Шен посмотрел на Ала. — Попробуй снять.

Ал немного удивился, не понимая, на что тот может рассчитывать. Он поднялся с земли и, подойдя, присел перед Шеном. Пальцы неуверенно потянулись к его шее, дотронулись до ошейника, слегка задев кожу. Ал с трудом подавил волну мурашек, пробежавшую по телу.

— Я не нахожу защелки, — поспешно убрав руки, произнес он.

Муан тихо фыркнул.

— Как насчет того, чтобы использовать духовную силу? — терпеливо предложил Шен.

Ал неуверенно посмотрел на него. Шен, сам не до конца представляющий, как это делается, беспомощно перевел взгляд на Муана.

— Я уже пробовал. Его ни разорвать, ни сломать. Используй хоть духовную энергию, хоть меч — скорее твоя шея пострадает, чем этот артефакт.

Шен вовсе не был удивлен. Если бы подобный ошейник было легко снять — его существование теряло бы смысл.

— Вероятно, снять его может лишь тот, кто активировал, — добавил Муан.

— Что насчет смерти этого человека? — спокойным тоном уточнил Шен. — Тогда ошейник снимется?

Муан вгляделся в его лицо, но то вообще не выражало гнева или досады. Скорее, спокойное любопытство, словно он интересуется, активируется ли заклинание, если порвать талисман, а не сжечь.