«Не бойся , — услышала она его голос. —Все в порядке, это только лишь игра слов, основа основ любой политики. Но не благодари его, чтобы он и остальные не посчитали предложение защиты принятым» .
Алана хотела возразить, что черный герцог не выглядит так, будто ему нужно какое-то подтверждение, но прикусила язык: ее мысли читать Келлан не мог, а озвучить такое в этой звенящей тишине…
— Твой сын плохо воспитан, Келлфер.
Голос Даора был похож на рассекающее лезвие.
Келлан поднял голову, и Алана увидела, как мужчины встретились глазами. Она поразилась тому, как был похож на схватку этот момент.
«Алана, не бойся, я с тобой, и Син тоже здесь, Карион не причинит тебе никакого вреда» .
— Действительно. — Вкрадчивый голос Келлфера сочился ядом. — Келлан, уступи место Даору Кариону. Союзникам полагается сидеть рядом.
Алана вдруг поняла, что больше Келлан не держит ее за руку, и ей захотелось плакать.
— Герцог Карион, чтобы сесть здесь, оставляет своих союзников на другой стороне, — сказал Келлан, поднимаясь и отодвигая стул, на котором сидел, подальше от Аланы. Уходить он не стал, встав за спинкой кресла Келлфера и положив на резное дерево ладони. Алана видела, как дрожит рядом с ним воздух.
— Мои подданные не нуждаются в моем присутствии, — усмехнулся Даор, как ни в чем не бывало подвигая стул обратно и садясь так же близко к Алане, как до того сидел Келлан. — Сфатион, — обманчиво мягко обратился он к красному герцогу, — каждый, кто решит причинить Тамалании Вертерхард вред, будет иметь дело со мной.
Алана удивленно наблюдала, как вытянулось и стало злобно-жалким суровое лицо герцога Теренера, а потом обратила пораженный взгляд на Даора и тут же утонула в смеющихся черных глазах. Он рассматривал ее так же нежно, как и в саду, и его, казалось, не волновало, сколько людей наблюдали за ним. Алане захотелось как-то закончить эту ситуацию, хоть как-то перевести внимание, и она выпалила то, о чем тут же пожалела:
— Спасибо.
«Алана …»
Герцог метнул на Келлана быстрый взгляд, и поток мысленной речи наставника прервался.
Кто-то громко выдохнул, кто-то что-то сказал. Алане показалось, накалившееся за столом напряжение схлынуло, и люди наконец зашевелились, что-то обсуждая вполголоса.
— И все же доказательства, — невозмутимо повторила свой вопрос желтая герцогиня. Она обращалась к Сину.
— Уж если я признаю, что она Вертерхард, то странно сомневаться вам, — сказал Даор громко, и над столом снова воцарилась тишина.
— Не вижу причин домысливать, на слова герцога Кариона всегда можно положиться, — льстиво подхватил полный невысокий пожилой мужчина, в котором Алана узнала недавно неудачно споткнувшегося на лестнице барона.