Семь ярусов. Система обозначила каждый горизонтальной линией, перечёркивающей спиральный коридор. На каждом ярусе светился символ, и три из семи я опознал мгновенно.

Четвёртый ярус: слово номер четыре. «Теперь мы едины».

Пятый ярус: слово номер пять. «Ближе».

Седьмой ярус, предпоследний: слово номер четырнадцать. «Открой».

Остальные четыре символа мерцали незнакомыми контурами, и система пометила их красным.

РЕЗОНАНСНЫЙ КОРИДОР: визуализация (предварительная)

Глубина: ~520 м от поверхности

Структура: спиральная, 7 ярусов

Ярусы с опознанными символами: 3 / 7

Ярусы с неопознанными символами: 4 / 7

Статус: коридор закрыт

Условие раскрытия: синхронизация стена-побег = 100%

ВНИМАНИЕ: прохождение без полного набора слов = гибель ключа

Я перечитал последнюю строку дважды. Система редко формулирует настолько прямолинейно, и когда это происходит, я давно научился относиться к её словам серьёзно.

Четыре неизвестных слова из сорока возможных. Рина знает все сорок, но связь через Пятый Узел нестабильна и длится секунды. Попросить её продиктовать четыре конкретных символа за четыре секунды контакта технически возможно, но только если я точно знаю, какие именно слова стоят на каждом ярусе. Система показала символы, но не перевела их. Для перевода нужен либо контакт с Реликтом, который их создал, либо носитель полного языка.

Вот зачем мудрец едет лично — он знает слова, которые я не знаю. Без него я не пройду коридор, а без меня он не спустится к камере. Мы нужны друг другу, и это меняет расклад. Инструмент, без которого нельзя обойтись, имеет право на условия.

Я открыл глаза. Лис смотрел на меня, и его зрачки были чуть расширены, как бывает, когда мальчик улавливает через побег что-то необычное.

— Вы увидели что-то внизу, — Лис произнёс это не вопросом, а утверждением.

— Коридор. Семь уровней. На каждом дверь с замком, и замок открывается словом Языка Серебра. Три слова я знаю. Четыре нет.

Лис убрал ладонь с побега и задумчиво потёр переносицу — жест совершенно взрослый, подсмотренный, вероятно, у меня. Зеркальное поведение, которое дети перенимают от тех, кого считают значимыми.

— А на самом дне? За последней дверью?

— Камера. Углубление в полу. Пустое.

— Побег знает про камеру, — Лис наклонил голову набок. — Он не боится.

— Лис, когда ты стабилизируешь побег, ты чувствуешь что-нибудь ниже его корней? Глубже?

Мальчик закрыл глаза и положил ладонь обратно на стебель. Его лицо расслабилось, и вторичная сеть на ключицах засветилась чуть ярче. Прошло секунд пять, и Лис открыл глаза.

— Тепло. Далёкое, как костёр за тремя стенами. И стук. Но побег не пускает меня ниже, как будто говорит: «Не для тебя, а для него.» Для вас, лекарь.