— Чисто, ваше сиятельство, — доложил Петров.
Кот под пальцами графа пискнул от боли, но всё равно не осмелился дёрнуться. Безумный взгляд Павла Павловича метался по улице, от работяги, огибающего машину с охраной, к светофору, затем на витрину магазина, потом по окнам ближайшего дома.
Он никак не мог остановиться. Хотел, но не мог. Где-то на краю сознания понимал, что давно ушёл в пике, но не мог перестать думать, что Баженов где-то рядом. Скоробогатов физически ощущал угрозу.
— Едем скорее! — всхлипнул он, не выдержав.
— Быстро в машину, — приказал помощник.
Стоп… А где ящик с инструментами⁈ Павел Павлович испуганно прильнул к окну, провожая фигуру в спецовке.
— Ящик! У него был ящик! — заорал граф и повернулся к Петрову. — У него был ящик!
Автомобиль впереди взорвался, едва захлопнулась последняя дверь. Он превратился в огненный цветок, раскидывающий во все стороны куски металла и человеческих тел. Лобовое стекло расцвело паутиной из-за сокрушительного удара. Водитель умер мгновенно, не успев задействовать дар. Петров рванулся прочь из машины, бесцеремонно вытаскивая за собой хозяина и прикрывая своим телом, а потом его голова разлетелась на куски, забрызгав лицо Скоробогатова кровью.
— Это не я! Я не хотел! — заорал граф, забыв про всё. Забыв про свой дар, забыв про своё положение. — Я не хотел, клянусь. Это Подольский, это всё Подольский!
Улица опустела, машины, создавшие аварию на перекрёстке, с визгом шин покинули место происшествия. Ослепший граф вытирал с лица кровь помощника.
— Прошу. Прошу, это была ошибка. Ошибка!
— Большая ошибка, граф, — раздался знакомый женский голос. Скоробогатов повернулся. Перед ним стояла женщина в чёрном плаще, лицо скрывал капюшон. Но он всё равно её узнал.
— Ты… — ахнул граф и выпустил аспект. Тело покрылось огнём. — Ты!
Что-то упало ему под ноги, и Скоробогатов застыл, не в силах пошевелиться. Хронопыль погрузило его в оцепенение ужаса. Он даже не мог скосить глаза на наведённый ему в лоб пистолет.
— Ты думал, только у тебя есть власть и есть сила, граф? — хмыкнула женщина. — Пришло время черни, благородный. Привет от Князевой.
В дуле расцвёл огненный цветок, через мгновение погрузив Скоробогатова во тьму. Женщина бросила пистолет и торопливым шагом исчезла в ближайшей подворотне, откуда послышался звук удаляющейся машины.
Из пустого автомобиля графа выбрался кот, подошёл к лежащему на земле мертвецу и принюхался. Глаза зверя сощурились, а затем он задрал хвост трубой и помочился покойнику в слетевший с ноги ботинок.
Глава 2
— Папа… — выдохнула Света, ответив на звонок. Лицо её побледнело. Девушка резко поднялась, посмотрела на меня с ужасом.