— Ваше благородие, как вы? Очень плохо выглядите.
— Простите, ваша доблесть, но я спать, — даже эти слова дались с трудом. Я прошёл мимо замершего витязя уже на волевых.
— Вам помочь? — растерянно спросил мне вослед Снегов.
— Пока сам справлюсь, — тихо ответил я.
А пока ехал на лифте вдруг осознал, что моя внезапная командировка завершена и прошла более чем успешно. Ивангород полностью зачистили уже ночью, пока я возился со схемой. Сердца Скверны были найдены и уничтожены, а все Конструкты перешли под контроль Империи. Новый Зодчий, Сафонов, ещё не принял те, что я уже записал на себя, но уже работал через данный мне доступ.
Заявлять свои права на ивангородские объекты я не собирался. Мне совершенно не нужна была головная боль в виде двух отрезанных от Томашовки Конструктов. Больше возни, чем толка. Так что держаться за эти Колодцы я не планировал. Очень хотелось домой. Тут ведь с делами, наверное, всё. Военная машина Российской Империи, раскусив рецепт победы, уверенно забирала своё и, убеждён, в высоких кабинетах после такого успеха всерьёз задумаются о движении на Запад. Хорошо, что у меня имеются запасы порченого золота. Сейчас с ним станет очень напряжно.
А вообще всё отлично. И может быть, у обитателей этого мира что-то, да и выйдет. Тем более с тем, что они умудрились изобрести. О да, мне надо знать больше об их технологиях. Гораздо больше, чем сейчас известно. За ними будущее. Я закинул в себя таблетку обезболивающего, запил его водой, глядя на улицы Ямбурга. В боку ныло. Но ничего, пройдёт. Я осторожно лёг на чистые простыни, повернулся на то место, которое не беспокоило, и закрыл глаза.
Глава 26
Проснулся я рано утром, голодный, как сто нагулявшихся ночью котов. В окно било рассветное солнце, бок почти не тревожил. Ямбург шумел редкими автомобилями людей, отправляющихся на работу. Почистив зубы, умывшись, я неторопливо собрался, чтобы спуститься к завтраку. Мысли были о тостах с маслом и, непременно, с мягким сыром. А ещё чашечку горячего сладкого чая. Не меньше половины литра!
За этими мыслями я вышел из покоев. Узкий коридор, ведущий к лифту, заканчивался небольшим фойе, в котором располагался очень уютный диванчик между двумя кадками с вычурными растениями. На диванчике сидел юноша в парадном мундире. У лифта несли вахту двое гвардейцев. При виде меня оба вытянулись по струнке, и в этот же миг молодой человек вскочил на ноги.
— Михаил Иванович! — он щёлкнул каблуками. На мундире юноши поблёскивал аксельбант — знак флигель-адъютанта. Лицо у него было совсем юное, но чувствовалось — парень привык к тому, что ему повинуются. — Позвольте представиться! Флигель-адъютант князь Яманов! Его Императорское Величество повелел доставить вас в Санкт-Петербург, как можно скорее. Но, и Государь отдельно заострил внимание на данном аспекте — непременно дать вам отдохнуть перед дорогой.