— Пришлось немного помочь коллеге в настройке. Современные технологии требуют навыков для внедрения. Теперь всё в порядке.

— Больше не будет этой чехарды со светом, правильно? — смягчилась Скоробогатова.

— Я очень на это рассчитываю, — в эти слова были вложены такие намёки, что даже Подвальный их почувствовал. Старательно закивал в ответ. — Простите, мне нужно идти. Ваше сиятельство, — почтительно поклонился я Светлане.

— Михаил, рада была вас видеть. Заезжайте как-нибудь. У меня прекрасно готовят шарлотку, вы обязаны её попробовать. Как-нибудь вечером. Не всё вам воевать же, верно?

— Непременно, Света, непременно, — улыбнулся я девушке.

— Хочу сказать вам, Миша, одну вещь. Каждый вечер всю свою жизнь я несколько минут перед сном смотрю на озеро за нашей усадьбой. Там, где всегда была Изнанка и мёртвые леса. Она каждый вечер напоминала мне о близости совсем другого, чуждого мира, — сказала мне в спину графиня. — Этот вид всегда наполнял меня осознанием неминуемого конца. Когда-нибудь, считала я, Изнанка найдёт способ пробраться сюда, на эту сторону. Некий рок, Миша, всегда довлел над моим домом. Теперь же… Теперь я вижу в окне надежду.

— Мне радостно слышать эти слова, Света. И уверяю вас, это только начало, — пообещал я. Вышел на улицу и сдержался от того, чтобы не позвонить Павлову. На территории Подвального никаких важных разговоров вести нельзя. Да и вообще это пагубная практика откровенничать на чужих землях.

Покинув влияние Скоробогатовского Конструкта, я набрал проректора, и тот взял трубку на первом же гудке:

— Александр Сергеевич, предохранители! — сказал я вместо приветствия. — Мы должны срочно внести изменения в схему.

— Зачем? Она же стабильна! — удивился Павлов, сразу настроившись на деловой лад. — Я не вижу никаких вероятностей…

— Мы недооценивали человеческую… — слово глупость здесь не подходило. — … самоуверенность. Я только что перенастраивал у соседа Фокус-Столб из-за неудачной попытки установить их.

— Миша, я прямо сейчас смотрю на схему и не понимаю, каким образом…

Он осёкся, а затем продолжил:

— Ага, кажется, заявление моё было поспешным, Миша. Кажется, я вижу. Да, вы правы! Оно ведь очевидно!

Проректор засопел в трубку.

— Хм… Думаю, я знаю, что с этим сделать. Защита от дурака у вас была, Миша, но придумать защиту от клинического идиота невозможно… Однако я постараюсь.

— Спасибо, Александр Сергеевич, — сказал я соратнику. — Полностью полагаюсь на вас.

— О, я не подведу. Да, я кое-что придумал по схеме кинетического орудия. Если у вас будет время, обязательно посмотрите. Мне кажется, это будет очень любопытно.