— О… Вот это неприятно… — завздыхало создание. — Я совсем не хочу никому не навредить. Я хочу, чтобы теперь все были живы… Все были здоровы… Чтобы всё было не так, как было в прошлый раз… Когда ты сбежал, а все остались…

— О чём он, ваше сиятельство? — ко мне приблизился хмурый Вепрь. — Про бегство.

— Ты помнишь, что с нами идёт тварь Скверны? — ответил я вопросом на вопрос. — Чего ты от неё ждёшь? Правды?

Бородач смущённо откашлялся:

— Просто так складно лепит. Простите, ваше сиятельство.

Белёсый ещё несколько раз начинал разговор, но его прерывал то Вепрь, то Снегов. Оба как почувствовали, что речи твари плохо воздействуют на бойцов, и чем дольше та позволяет себе болтать, тем больше теряются воины.

Возле шахт Константина нас ожидал свежий проход в подземную систему тоннелей. Изначально это планировалось как ветка для железной дороги, однако пока ещё готова была только заготовка, которую ночью я объединил с ходом в камеру очищения, под скульптурным комплексом. Моя теория требовала проверки на практике. Никто не проронил ни слова, когда наш маршрут свернул под землю. Но охотники стали переглядываться. Вепрю даже пришлось повысить голос, успокаивая вольных. Здесь изначально хватало места только на то, чтобы два-три всадника ехали рядом друг с другом, не больше. Поэтому колонна растянулась. Я и Снегов двигались впереди отряда, а следом ехали люди Вепря, держа в руках факелы. Всхрапывали нервно кони, постукивали и бряцали доспехи всадников. Шутки и разговоры стихли сами собой.

Белёсый совсем перестал болтать, но руки так и не опустил, плавно вышагивая по проходу. А когда я поворачивался к нему — монстр всегда встречал мой взгляд, наполненный линзами воздушного аспекта, широкой хищной улыбкой. Как будто чувствовал моё внимание. Зловещая гримаса исчезла, когда отряд приблизился к камере обращения. С этого входа мои секретные подземелья, созданные ещё Аль-Абасом, оставались сокрытыми от чужих глаз. Только прямой путь в место, вернувшее миру охотника Рапиру.

Монстр вдруг остановился и тем сразу вызвал магические возмущения силы у конвоиров. Снегов моментально прикрыл меня своим телом.

— Жжётся… — сказала тварь, — Ты хочешь сделать мне больно? Вы слышите? Он хочет сделать мне больно.

— Дружба должна пройти испытание болью, иначе какая это дружба, — повернулся я к чудовищу.

— Возводящий Крепости, ты заманил меня в ловушку? — придыхания исчезли, теперь голос монстра наполнился низким гулом. — Снова обрёк своих людей на смерть, для воплощения коварных замыслов? Вы слышите? Он обманул меня! Как обманывает вас всех!