— Щи, дорогая.

— Сию минуту.

И действительно принесли почти сразу. Будто бы наготове держали.

— Полагаю, вы тут не ради ужина, — заметил я.

— Правильно полагаете, Михаил. Шуйские, — сказала Лаура и попробовала ложку из глиняного горшочка. — Господи, как хорошо… Так вот. Формально всё завершено идеально. Отречение прозвучало под запись, компенсации переведены сегодня к полудню, без единого напоминания. Материал вышел в шесть вечера. За два часа — четыре миллиона просмотров. Убийца уже в Петербурге и даёт признательные показания. Мы победили. Ну почему же вы не пьёте, Михаил?

Я пожал плечами.

— Это так необычно, — поделилась она и огляделась. — Тогда и я откажусь. Хотела сообщить, что Государь передал вам личную благодарность. Не письменную.

Я кивнул. Не письменную — значит, её не существует.

— А неформально?

Лаура подняла бровь в вопросе.

— Вы сказали формально всё идеально. А неформально?

— Неформально они унижены, — сказала Челидзе. — Род первой сотни публично выбросил своего. Да, благородно. Да, единственно верно. Но всякий, кто это видел, теперь знает: Шуйских можно поставить в положение, где им приходится выбирать. Раньше не знал никто.

— И виноват в этом князь-выскочка из пограничья, — хмыкнул я.

— Именно. — Она посмотрела мне в глаза. — Со мной они не сделают ничего, я рука Государя, тронуть меня равносильно мятежу. С Пановой — тоже ничего, она исполнитель. А вы, Михаил Иванович, идеальная цель. Выскочка с окраины, при котором это произошло. Вносящий смуту в устои.

За её спиной хлопнула входная дверь. Гвардеец посторонился.

Тень вошла с холода — в бесформенной куртке, с налипшим на плечах снегом. Взгляд её мгновенно нашёл меня, потеплел — и наткнулся на тёмно-зелёное платье напротив.

Я увидел, как она застыла на полшаге. Это нехорошо.

— … вряд ли они осмелятся действовать прямо, — продолжала Лаура, не оборачиваясь. — Но могут оказаться проблемы с вашими деловыми интересами. Я прикрою, просто вы должны понимать, что шаг мы совершили титанический. У меня есть информация, что после выхода в сети ролика, а это не больше шести часов, у нас есть несколько запросов на расширение подобных полномочий на другие земли. Вас, может быть, удивит, но один из ваших соседей был в числе первых.

— Кто? — сказал я, наблюдая, как Надежда с преувеличенной деловитостью снимает куртку. Очень тщательно. Подозрительно долго. Отряхивает её. Расправляет, старательно не смотрит в нашу сторону. Однако напряжение было такое, что один резкий звук — и польётся кровь. Надеюсь, не моя.

— Игнатьев. — Лаура подалась вперёд. Духи у неё были потрясающие. Хотелось просто сидеть и вдыхать аромат, ни о чём не думая. Но желательно как можно дальше от этого места, которое могло стать местом кровавого преступления, судя по тому, как на мою спутницу поглядывала Надя. Даже гвардеец с пальто посланницы Императора напрягся. — У нас получилось, Михаил! Это прекрасный первый шаг!