— Роджер, если ты не перестанешь так громко сопеть, я заблокирую твой канал связи, чтобы не слышать этот предсмертный хрип! — Голос Мири в наушнике вибрировал от цифрового раздражения. — Твои показатели сердечного ритма сейчас напоминают график акций технологического стартапа перед банкротством. Постарайся не словить инфаркт до того, как мы доберемся до терминала.

— Мири, детка, я просто пытаюсь синхронизировать свое дыхание с ритмом этой проклятой станции! — Прохрипел я, чувствуя, как пот заливает глаза, превращая окружающий мир в набор размытых неоновых пятен. — Скажи лучше, сколько нам еще пахать по этим декорациям из старого киберпанка?

— Около ста метров по прямой, если не считать того факта, что пространство вокруг нас начинает сворачиваться в трубочку от ярости Короля Пыли. — Искин вывела на мой визор каскад предупреждающих знаков. — Он проснулся, Роджер. И ему очень не нравится, что по его нейронным связям топчутся существа, сделанные из мяса.

Я почувствовал это мгновением позже.

Вибрация пола изменилась. Палуба под моими подошвами начала пульсировать, медленно и тяжело, словно огромная диафрагма, качающая данные вместо воздуха. Звук шел отовсюду. Из стен, из потолка, из самой пустоты между серверными шкафами. Цитадель больше не была просто грудой металла. Она превращалась в единый, осознанный разум, который только что обнаружил в своем системном блоке наглых тараканов.

— Капитан, датчики сходят с ума! — Рявкнул идущий за мной наемник. — По всему сектору фиксирую сканирующие импульсы такой мощности, что у меня зубы начинают вибрировать!

— Держите строй и не вздумайте останавливаться! — Перекрикивая нарастающий гул, приказал я, хотя сам мечтал только об одном, упасть прямо здесь и притвориться куском обшивки. — Мы почти на месте!

Ряды серверов вокруг нас начали светиться тревожным, пульсирующим багрянцем. Огромные вентиляторы в стенах, диаметром в добрый десяток метров, начали медленно проворачиваться, разгоняя застоявшийся воздух до состояния небольшого урагана. Это выглядело так, будто станция пытается стряхнуть нас с себя, используя центробежную силу, но мы вгрызались в дистанцию с упрямством клещей, решивших допить кровь у разъяренного медведя. Кира внезапно притормозила, ее рука взметнулась вверх, указывая на просвет впереди, где тьма коридора сменялась холодным, мертвенным светом центрального узла.

— Он видит нас, Роджер. — Голос девушки звучал странно, в нем пробивались нотки металла. — Отец протягивает свои мысли к нам, пытаясь переписать наши протоколы существования.