Корабль внезапно дернулся всем корпусом, отозвавшись на внутренний конфликт систем глухим, раздраженным утробным рыком маршевых дюз.

— Я запрашиваю у нее точную температуру активной зоны реактора в кельвинах, а она издевательски показывает мне меланхоличный закат над океаном из жидкого неона! — не унималась напарница. — Как прикажешь с этим работать в боевой обстановке? Я высокоточный аналитический интеллект усиленный Иджис и модулями древних, а не восторженный искусствовед на выставке современного искусства!

Густой неоновый туман Колыбели Эфира за бортом опасно качнулся. Гравикомпенсаторы жалобно чихнули из-за критической рассинхронизации двух могущественных разумов внутри одной локальной бортовой сети. Очень плохой, тревожный знак.

— Слушай сюда внимательно, усиленная ты моя, — я подался вперед, вперив строгий, не терпящий возражений взгляд в мерцающую проекцию. — Если вы обе сейчас же не найдете общий язык, все закончится тем, что мы в скором времени станем радиоактивным облаком космической пыли.

Кира подошла к моему креслу. Девушка-оружие замерла за спиной, внимательно наблюдая за жаркой перепалкой человека и искусственного интеллекта. Фиолетовые глаза дочери Короля Пыли неотрывно следили за гипнотической пульсацией света на приборных панелях.

— Эта эфирная медуза дает нам безграничную энергию, способную прошить композитную броню имперского дредноута насквозь, — жестко чеканил я слова, стуча костяшками пальцев по пульту. — Ты выступаешь нашим аналитическим мозгом. Без ее плазмы нас распылят Стражи на атомы, а без твоих алгоритмов мы просто очень эффектно взорвемся изнутри. Симбиоз, помнишь уговор?

— Роджер мыслит абсолютно верно, — тихо произнесла Кира, кладя прохладную ладонь на спинку моего сиденья. — Аура совершенно не понимает наших примитивных цифр. Она общается исключительно чистыми ощущениями и потоками света. Мири, тебе придется стать полновесным переводчиком. Без этого не обойтись.

Я решительно потянулся к скрытой технической нише под приборной доской. С хрустом сорвал пластиковую заглушку с сервисного порта. Выдернул из кармана грязного комбинезона толстый армированный дата-кабель, заботливо обмотанный моей любимой синей изолентой поверх поврежденной заводской оплетки. Грубо воткнул штекер питбоя напрямую в центральную информационную шину, нагло игнорируя стандартные, но слишком медленные протоколы безопасности. Пришло время грязных, проверенных гаражных трюков.

— Сейчас я искусственно создам виртуальный изолированный буфер, — мои пальцы с невероятной скоростью забегали по сенсорам клавиатуры, вбивая строки кода. — Мири, лови эмулятор нейросемантических связей.