— И тебе доброго утречка, Брунгильда, — я вальяжно закинул ноги в тяжелых ботинках прямо на край пульта. — Извини за легкий бардак в эфире. Местные инспекторы Империи попытались выписать мне штраф за превышение скорости с помощью орбитальных турболазеров. Пришлось слегка поцарапать их краску на бамперах.
Тонкие губы майора превратились в жесткую белую линию.
— Отставить клоунаду. Вы сорвали оперативное наблюдение. Советник Шким поднял по тревоге два ударных крыла, объявив ваш корвет приоритетной целью для уничтожения. Он утверждает, что вы похитили секретные разработки корпораций и попытались протаранить его флагман.
— О, старый параноик уже сочиняет мемуары! — я рассмеялся, звонко хлопнув ладонью по колену. — Какая трогательная забота о государственной безопасности. Мири, отправь нашей любимой надзирательнице пакет данных номер один.
Массивный поток зашифрованной информации полетел по узкому лучу квантовой связи. Я наблюдал, как лицо Эльзы меняется. Отработанная маска равнодушного бюрократа треснула, пропуская искреннее изумление. Глаза майора лихорадочно бегали по строкам бегущего текста на ее личном датападе. Там лежали расшифрованные журналы связи Шкима, его приказы о зачистке, схемы поставок нелегальных артефактов древних и прямые доказательства сговора с синдикатом «Черепа». Вся грязная подноготная продажного политика, упакованная в аккуратный архив с бантиком.
— Это… это прямая государственная измена, — прошептала Штерн, медленно опуская планшет. — Он продал координаты Архива Эмпатии на черный рынок. Он лично инициировал протокол зачистки Тортуги.
— Бинго, — я щелкнул пальцами. — А еще он полчаса назад пытался испарить меня вместе с этими файлами, используя главный калибр дредноута. Так что с вас причитается компенсация за моральный ущерб и химчистку моего любимого комбинезона.
Экран внезапно мигнул багровым светом. Система приоритетного прерывания связи Имперского штаба грубо отодвинула канал майора на задний план. Голограмма Штерн сжалась до размеров почтовой марки в углу монитора. В центре проектора начала формироваться новая фигура, плотная, массивная, подавляющая своим авторитетом даже сквозь цифровые помехи.
В связь вышел сам Адмирал Ганс. Старый космический волк выглядел так, словно имперский флот построили вокруг него. Широкие плечи обтянуты темным сукном адмиральского кителя без единой лишней медали. Лицо изрезано глубокими шрамами от осколков, а единственный живой глаз сверлил меня с интенсивностью шахтерского лазера.
— Вольно, капитан Форк, — голос адмирала рокотал низкими басами, заставляя вибрировать пластик панели. — Майор Штерн перенаправила ваш информационный пакет на мой личный терминал. Я не люблю долгих прелюдий. Данные подлинные?