Я не стал дожидаться, пока они придут в себя или начнут махать вслепую своими резаками во все стороны. Одним плавным движением я сгреб со стола нейроядро «Иджис», которое теперь казалось родным и почти теплым, и запихнул его в свой походный рюкзак. Туда же полетели мультитул, моток проволоки и пара запасных энергоячеек — мой единственный капитал в этом безумном мире, который я не собирался оставлять этим стервятникам.

— Роджер, выход свободен, но у нас есть ровно тридцать секунд до того, как сработает автоматическая блокировка дверей, — предупредила Мири.

Я вылетел из своей капсулы так, будто у меня в ботинках проснулись маршевые двигатели от истребителя, и буквально ввинтился в узкое горло вентиляционной шахты. Металл обшивки, покрытый жирным слоем пыли и какой-то сомнительной органики, холодил ладони, но мне было плевать — адреналин шпарил по венам мощнее, чем плазма по магистралям линкора. За спиной раздавались сочные матюки Большого Гига и звуки того, как коллекторы пытаются пропихнуть свои неповоротливые экзоскелеты в проем, который явно не был рассчитан на такие габариты. В голове пульсировало обновленное присутствие Мири, ставшее теперь четким и массивным, словно я подключил к мозгу целую серверную стойку с планетарным управлением.

— Роджер, если ты продолжишь так загребать конечностями, я переименую твой профиль в «Бешеный Краб-Переросток», — пропела Мири прямо мне в мозжечок. — Серьезно, твоя техника ползания напоминает мне старые видеоигры конца двадцатого века, где спрайты застревали в текстурах. Давай-ка левее, там решетка на соплях держится.

— Очень смешно! — прохрипел я, отплевываясь от вековой пыли, которая на вкус напоминала смесь ржавчины и сушеной плотвы. — Лучше подсвети дорогу, а то я сейчас впишусь физиономией в какой-нибудь распределительный узел!

— Уже сделано, мой неуклюжий герой, — отозвалась искин. — Включаю дополненную реальность. Смотри не споткнись о собственное величие.

На стенах вокруг вспыхнула неоновая сетка маршрута, превращая серую кишку вентиляции в подобие гоночной трассы. Стрелки мигали едким лимонным цветом, указывая на слабые места в креплениях и оптимальный угол наклона для скольжения. Я почувствовал, как ядро «Иджис» в моем рюкзаке тихонько вибрирует, словно мурлыкающий хищник, готовый в любой момент сожрать все окружающее пространство.

Я пробил плечом очередную решетку и со свистом полетел вниз по вертикальной шахте технического сброса. Ветер бил в лицо, а мимо проносились сплетения силовых кабелей, похожих на гигантских светящихся змей, по которым текли гигаватты энергии. Это была старая добрая «Винтовка» — вертикальная магистраль, пронзающая станцию сверху донизу, и лететь по ней было чистым безумием для любого нормального человека.