— Прости, мне иногда кажется, без меня тебе будет лучше, — признаюсь ей и вожу губами по теплой щеке.
— Ревнивый дурак, — смеется жена. — Любимый ревнивый дурак, — исправляется. — Успокоился?
— Угу. — Забравшись ладонью под футболку, глажу ее по спине.
— Тогда я позвоню Матвею насчет тети?
— Вы еще и номерами обменялись?
— Саркис!
— Звони, — сдаюсь я.
Глава 53 Саркис
— Стоишь? — спрашивает реабилитолог.
— Угу, — киваю ей.
— Хорошо стоишь? — хитро улыбается она.
Так, сейчас, похоже, опять будет пытать. Но стою я действительно хорошо. Спокойно, уверенно. Сказал бы «как раньше», но это ощущение ко мне еще не пришло. Стоять в принципе кайфово, после того как очень долго сидел. Просто мегадолго! Вечность!
— А чего стоишь? — Она дергает аккуратной светлой бровью. — Кис-кис-кис, — манит меня пальцем. — Иди сюда.
Я же сказал, сейчас будет пытать. Оглядываюсь в поисках своей страховки на колесах. Слово «ходунки» мне не нравится ни с какой стороны. До них без опоры уже тоже могу дотопать. Эта женщина вытворяла со мной какие-то нереальные чудеса несколько месяцев, чтобы я вернул себе весь свой функционал. Но вот это ее «иди сюда» выбивает из равновесия. Меня покачивает.
— Ты с психологом говорил? — спрашивает Василиса Антоновна.
— Говорил.
— И чего по сторонам ресницами своими пушистыми хлопаешь? Иди сюда, — снова манит меня к себе.
Стою. В моей башке какой-то дурацкий блок. Они говорят, что я здоров. Ну так, есть помехи, но в целом нормально. И сегодня Василиса Антоновна последний раз тут со мной. Это даже не пытка. Это контрольная.
— Железную мотивацию хочешь? — нехорошо щурится она.
— Мне уже не нравится, — нервно улыбаюсь.
— Знаешь, Саркис, если бы я выслушивала от всех своих пациентов, чтó им не нравится, они бы так и валялись на больничной койке. У твоей жены сегодня важное выступление в университете.
— Она не говорила… — провожу ладонью по волосам, убирая челку со лба.
— Вот я тебе сейчас говорю. Там будут какие-то важные шишки, которые отбирают талантливых музыкантов для большой сцены. Стефа волнуется, и твоя поддержка ей очень нужна. Но, — Василиса Антоновна достает из кармана ключи от нашей квартиры, — пойдешь ты туда красивый и на своих двоих. Ты можешь спокойно ходить, Кис. Иди сюда и забери у меня ключи. Я потом помогу тебе собраться и даже довезу вас с сестрой до университета. Мне все равно по пути.
Блок в моей голове треснул еще на фразе «Стефа волнуется». Хватит ей. Она за меня столько переживает. Вообще не понимаю, откуда это берется. У врачей есть на это умные диагнозы. Типа посттравматический синдром и что-то там еще, такое же труднопроизносимое. Я же сейчас просто злюсь на себя за то, что еще не с женой, которой так нужен.