Во сне вижу маму. Она была добрая, светлая, ранимая. Всегда переживала за нас с сестрой. В моем сне в ее глазах еще нет мути от постоянной боли. Она всегда немножко влюбленная. В предателя отца, в своих детей, в жизнь. Анаит так на нее похожа. Все теплое, что было в маме, досталось сестренке. Так и должно быть, наверное. Она девочка. Принцесса.
Громкий будильник молотком бьет по тяжелой голове. Открываю глаза и понимаю, что улыбаюсь. «Спасибо за поддержку, мам. Мне стало легче», — посылаю во Вселенную, надеясь, что мои мысли достигнут цели.
Глава 14 Саркис
Прохладный душ едва помогает сбросить похмельный дурман. Обернув бедра полотенцем, оставляя мокрые следы от ступней на полу, шлепаю на кухню, чтобы заставить себя поесть. На подоконнике скучает пачка сигарет. От одного ее вида сейчас тошнит. Прогоняю идею покурить и достаю из холодильника оставшийся со вчерашнего дня апельсиновый сок. Холодненький. Прикладываю пакет ко лбу. Хорошо…
С едой напряженно. Вот что значит мы тут не жили последнее время. Пара яиц в дверце холодильника и несколько ломтиков ветчины. Опять же со вчерашнего дня. Надеюсь, что яйца еще можно есть, потому что совсем не помню, когда они были куплены. Разбиваю их в миску и перемешиваю вилкой. На сковороде обжариваю ветчину и выливаю яичную массу. Пахнет вроде нормально.
Ем прямо со сковородки, запивая соком из пакета вприкуску с парой таблеток от головной боли. Пока жую, осматриваюсь, сегодня же жену приво дить. Вроде нормально, чисто. У нас всегда было чисто. И уютно. Это сейчас мы с сестренкой ремонт затеяли, вот и устроили беспорядок.
Провожу ладонью по щеке. Побриться надо. Так лень, кто бы знал. Но придется соответствовать уровню мероприятия, поэтому снова плетусь в ванную, теряя по дороге полотенце. Плевать. Все равно мою голую задницу сейчас никто не увидит. Глянув в зеркало на свою помятую рожу, привожу ее в презентабельный вид и иду искать «праздничные» трусы.
Костюм готов с вечера. Брызнув на обнаженное тело парфюмом, одеваюсь и смотрю на часы. Сейчас уже Захар должен подъехать. Договорились с ним, покатает меня немного сегодня. Иначе я не успею сделать все, что задумал. Проверяю, все ли взял, и друг как раз звонит.
— Иду, — отвечаю на вызов. Втискиваю ноги в новые туфли, поправляю брюки и, заперев квартиру, спускаюсь на улицу.
Выхожу из подъезда, вдыхая утренний, еще не успевший раскалиться воздух. Теплый ветер путается в волосах, треплет челку.
— Саркис, какой ты красивый, — добродушно улыбается пожилая соседка, которая обычно сидит с Анаит. — Не знала бы тебя, подумала, что жениться собрался.