— Я… родился в Москве, это столица России, — осторожно ответил я, не особо рассчитывая, что этот Директор вообще хоть что-то слышал о моём мире. До сих пор никто из здешних даже близко не понимал, откуда я такой взялся, и я уже начал было думать, что так оно и останется — загадкой для всех.

Директор стоял неподвижно, лишь тяжелая мантия чуть колыхалась, скрывая под собой то, чего, кажется, и не было. Лицо полностью закрывала гладкая безликая маска из тусклого металла, голос звучал глухо, будто кто-то говорил из очень далекого колодца. Ни тебе мимики, ни эмоций, ни единого движения — диалог с памятником, только этот памятник умеет ломать людей силой мысли и, как оказалось, телепортировать куда угодно.

Я уже приготовился к привычному непонимающему кивку в духе «ага, парень, город, конечно… сейчас запишем» — но тут прямо в голове раздалось неожиданное телепатическое сообщение:

— Сибирь! Сибирь! Так ведь правильно, да?

Я вздрогнул, как будто мне под ребро приложили что-то холодное и острое. Инстинктивно отшатнулся на шаг, чуть не выронив очки с носа. Вот это номер… «Откуда…» — начал было, но язык сам застрял в горле. Да что там, сам вопрос звучал бы абсурдно: «А с какого это вы вообще Сибирь знаете, уважаемый парящий памятник?»

— Я изучал путешественников, которые приезжали оттуда на протяжении веков, — продолжил голос, игнорируя моё замешательство. — Похоже, что наши миры притягивают людей определенного склада, тех, кто всегда хотел большего, чем имели в жизни. Тех, кто чувствовал себя угнетённым и разочарованным в мире мёртвой науки и пустого насилия. Можете ли вы сказать, что были одним из таких людей, Иван Стрельцов?

Я растерялся окончательно. Аккуратно опустился на предложенный стул, который оказался на удивление удобным, и посмотрел на него, на эту пустую маску. Меньше всего я ожидал услышать монолог про психологию людей, да еще от существа, которое, кажется, само лишено всякой психологии в человеческом понимании.

— Думаю, да, — ответил я, пытаясь собраться с мыслями. — Я не был счастлив на Земле, всегда мечтал о других мирах, о фантастике и фэнтези, любил аниме… Это и есть причина, по которой я оказался здесь? — спросил я в надежде на хоть какой-то вразумительный ответ, на ниточку логики в этом хаосе.

— Нет, — отрезал он.

— Ничего не понимаю, — выдохнул я, чувствуя, как нарастает раздражение. — Что это за место? Как я сюда попал? — Мне хотелось услышать четкий и логичный ответ, а не эту метафизическую чушь про психологию и ману.

— Это другое измерение, — спокойно пояснил Директор, будто объяснял ребенку прописные истины. — Измерение, где есть магия, которая меняется по циклу от слабой к сильной. Наши ученые говорят, что, когда у нас мало маны, она уходит в другие миры. В ваш мир, например. Мир, который не умеет пользоваться маной, но как губка впитывает её. Ученые думают, что эта мана влияет на художников и писателей, дает им видения о том, что происходит в нашем измерении, подталкивает их к творчеству. Когда же у нас опять много маны, ваш мир становится серым и скучным. И тогда те люди, которые сильно чувствовали прилив маны, приходят к нам, чтобы восстановить равновесие.