Такая же сеть балансиров делала каменные ограждения и выводила излишки воды туда, где она могла спокойно течь.

Закончив, я уселся прямо на землю перед клумбой. Утёр пот со лба и счастливо рассмеялся. Баланс! Я научился понимать равновесие во всём. Ещё один плюс этой ночи.

— Ну спасибо тебе, задохлик, — шутливо сказал я лозе с поникшими листьями.

Мне показалось, что растение не обиделось. Да и с чего бы — корни уже устремились глубже, а лоза распрямлялась на глазах, наполняясь новой силой. Мой природный источник расширился скачком, но всё же недостаточно. Столько проблемных растений найти — надо постараться. Я, конечно, мог как безумный ботаник бродить по городу в поисках хиреющих кустов или деревьев, но некогда. Да и природников прочих без работы оставлю, нехорошо это.

Мысль о пустынной розе казалась мне всё более привлекательной.

Но для начала я поднялся и достал кинжал. Аккуратно срезал небольшую ветку лозы и обернул платком, убрав в карман. Помощь — это правильно, но и о себе нужно думать. А то останешься тем, кому все безмерно благодарны, но с пустыми карманами. И тут важен баланс, нда.

Мой учитель строго наказывал никому не верить. И считал, что все вокруг сволочи, включая меня. Я не был с ним согласен насчёт доверия как основы отношения к людям. Но и снимать с себя ответственность тоже считал неверным. Множество раз я видел, как капля доверия открывала лучшее. Впрочем, и худшее тоже. Но это неважно. Худшее всегда найти можно, это несложно.

Тем не менее черенок лозы я забрал. Изучить у себя в лаборатории и высадить. Вот только, учитывая его требования к почве, надо подумать куда.

Домой я возвращался в самый тёмный час. Отчего-то меня это время завораживало. Стояла такая тишина, словно город, наполненный людьми и машинами, вымер. Даже воздух стал иным.

Тихонько поскрипывали ажурные фонари на ветру, шуршала бумага, гоняемая по пустому тротуару. Как верно сказал джинн — перед перерождением. Совсем скоро оживут улицы, выйдет армия дворников, каждый день преображающая столицу, побегут с заказами носильщики со свежей выпечкой из лавок. Поедут первые трамваи, задорно звеня на поворотах. Всё вновь оживёт.

Поддавшись спонтанному желанию, я отправился на набережную Невы. Облокотился на массивные перила и любовался этой застывшей красотой. Ширь реки, спящие дворцы и качающиеся на волнах пришвартованные лодки.

Миг, когда особенно остро я почувствовал город. Душу города. Она безмятежно спала, но вместе с этим оберегала жителей от всех невзгод. А они оберегали её. Удивительный симбиоз, великий и несокрушимый.