Иронично. Последних двух эльфов, которых видел, я препарировал на секционном столе. А теперь сидел напротив живых, дышащих, которые, в свою очередь, препарировали меня своими немигающими взглядами.

— Итак, — разорвал я вязкую тишину. — Вы приехали с проверкой.

— Да, — спокойно, без тени удивления отозвался эльф.

Его голос, мелодичный и глубокий, был лишен всякого напряжения. Словно погоня по ночным переулкам и ствол у виска — это стандартная процедура знакомства для сотрудников Министерства Внутренних Дел.

— С вами, Нандориан, и так все ясно.

— Можно просто Нандор, — он едва заметно склонил голову. Это не был поклон, скорее жест вежливого уточнения, как у шахматиста, поправляющего фигуру на доске.

К нашему столику подошел официант. Его лицо выражало всю скорбь еврейского народа и смертельную усталость человека, чей сон был вероломно прерван. Он обвел нас взглядом, в котором читалось одно-единственное желание: чтобы мы все как можно скорее заказали, съели и проваливали к чертям.

— Что будете заказывать? — его голос был скрипучим, как несмазанная телега.

Я заказал кофе и яичницу с беконом — простую, понятную еду, которая не требовала размышлений. Девушки, видимо, решив подсластить стресс, выбрали вафли с сиропом. Эльфы, к моему удивлению, заказали по отбивной. Солидно. Видимо, у них метаболизм работал иначе, раз они могли себе позволить жареное мясо посреди ночи.

— Продолжим знакомство, — сказал я, когда официант, записав заказ, удалился с видом мученика, идущего на Голгофу. Я повернулся к эльфийке. Ее темные глаза, смотрели на меня спокойно, выжидающе.

— Шая, — произнесла она.

Одно слово. Ни фамилии, ни титула. Просто имя.

Я кивнул.

— Виктор Громов. Коронер. Это Лидия Морозова и Алиса Бенуа, мои ассистентки.

Эльфы одновременно кивнули в ответ. Такая синхронность вызывала у меня странную мысль, что они еще немного, и начнут говорить через слово, как единое сознание, дополняя друг друга. И если так и будет, то, честное слово, я точно сойду с ума.

К моему счастью, их не интересовало, почему мои ассистентки разъезжают со мной по ночному городу. Их интересовал только я, и это было хорошо. Меньше вопросов — меньше лжи.

Официант принес заказ. Мы молча приступили к еде. Стук вилок о тарелки, тихое шипение остывающего бекона. Я ел и думал. Думал о том, как вести этот разговор. Прямой напор? Хитрость? Откровенность?

— Вы так и не ответили, — начал Нандор, отрезая кусок отбивной. Его движения были такими же аккуратными, как у Лидии. Выдержано аристократичными. — Почему вы решили, что мы следим за вами?