Нормальные условия. Первый раз как будто.

— Мы и не на такие аэродромы с тобой садились, — прошептал я. — Голубовцы-старт, я 711й, условия хорошие. Прошу давление и посадочный курс.

Высота у меня 5000 метров, скорость 500. Всё как по науке. С этим профилем достигается максимальная дальность.

Подлетаю в район Подгорицы. Позади осталась береговая черта и черногорский морской порт Бар. Справа прохожу живописную гладь Скадарского озера, находящегося на границе между Черногорией и Албанией.

Прибрал обороты работающего двигателя и начал снижение. Вертикальная скорость небольшая. Есть ещё время подумать, выровнять самолёт и рассчитать посадку.

Главное — выдержать режим снижения на глиссаде.

Высота подходит к отметке в 800 метров. Выравниваю самолёт и начинаю снижаться до расчётной высоты выхода на посадочный курс.

Пора начинать выпускать всё, что мне потребуется для посадки.

— Голубовцы-старт, на посадочном. 800 занял, шасси аварийно выпущены, закрылки в посадочном, — доложил я, выполняя все действия для аварийного выпуска.

— Понял вас.

Ещё раз посмотрел на давление в общей гидросистеме. Всё в норме. Вот только полосы не видно. Над Подгорицей плотные снежные облака.

— Удаление 12, на курсе, глиссаде, — подсказывал мне руководитель полётами моё положение на траектории снижения.

Я по-прежнему в облаках. Выдерживаю режим снижения, чтобы скорость на посадке была 240–250.

— Удаление 6, на курсе, глиссаде.

— 300, шасси механизация выпушены, — доложил я.

Тут же самолёт начал вибрировать. Плохо, что не видно полосы. Надо её контролировать, а здесь ещё «утёнок» занервничал.

— Нормально идём. Скоро уже полоса. Не волнуйся, — проговаривал я про себя.

Не знаю, насколько это помогло. Но вспотел я уже изрядно. Держать самолёт очень сложно. Рули направления постоянно в работе.

— 711й, дальность 4, готовность к посадке, — запросил у меня РП.

— Готов. Полосу пока не вижу, — доложил я.

Продолжаю снижаться. Гашу скорость медленно. Если что придётся уйти на второй круг и попробовать зайти снова. Правда хватит только на один заход.

— Удаление 2, на курсе, глиссаде, — громко сказал в эфир руководитель полётами.

— 100, — доложил я высоту.

Ещё пару мгновений, и вот они яркие огни полосы. Тут же на душе облегчение, что ты видишь бетон. Пускай и не родной, но спасительный.

— Вижу полосу.

— Разрешил посадку, — произнёс РП.

Вылетаю из облаков. Идёт моросящий дождь, но видимость под облаками неплохая.

Есть касание! Быстро выполняю пробег. В центре полосы держусь в стороне, чтобы не попасть в воронку от взрыва. Проехал мимо неё и понимаю, что не такая уж она и большая.