Вечером наш врач пришёл к нам, чтобы обсудить какое-то дело с Гусько. Но сначала Немцов поведал, что сегодня двое бойцов получили травмы при обустройстве бани.

— Это как? — спросил Барсов, зачёсывающий свои светлые волосы назад.

— Что-то взорвалось там. Бойцов, которые приехали с Союза полосу чинить, использовали не по назначению, — сказал Немцов, и я понял, о ком идёт речь.

Доктор рассказал, что у одного оторвало пальцы на руке. А я вспомнил, что это те самые солдаты, которых сегодня взял с собой Хватов. Вот же зараза! Теперь парни поедут домой с травмами, полученными на ровном месте.

— Я так не могу, — жаловался нам Коля, мотая своей рыжей головой в стороны. — Звоню в Кабул, а мне говорят, что всему виной вода. Мол, кормят нормально, а вы, «авиация» просто зажрались!

— Пока поймут беспечность тылового начальства, ещё куча народа сляжет, — задавался столь сложным вопросом Гнётов, помешивая макароны в кастрюле.

Сегодня нам провели свет от генератора, так что теперь он должен быть у нас постоянно. У Николая решил кое-что спросить, раз он приехал на место Ольги.

— Коля, ты с Вещевой не пересекался перед отъездом? — спросил я, отведя его в сторону.

— Неа. Сам же знаешь — я в вертолётном полку был, а она в вашем. Мне разнарядка пришла и через два дня я уже в Баграме был.

— Ладно, тогда все вопросы отпадают, — махнул я рукой и собрался пойти обратно к толпе, но Немцов меня остановил.

— Ты погоди. Я краем уха слышал, что она как-то резко уехала, и никто не знает почему. Срок командировки ведь у нас минимум год, а то и два. Это лётный состав обязательно через год на замену, — сказал Коля, прикуривая сигарету. — Завтра борт будет от нас в Осмон. Полоса ведь уже готова. Передай письмецо.

— С чего ты решил, что мне вот так надо ей письмо писать? — улыбнулся я.

— Блин, Родин, ну ты даёшь! Полмедсанбата на ваши отношения ставки делали. До сих пор нет-нет, да и проскакивает эта тема.

Не армия, а рассадник букмекеров!

— Спасибо за подсказку. Завтра перехвачу экипаж.

Пока мы ужинали, Савельевич обсуждал с Немцовым возможность производства «антигрустина».

— Коля, обстановка сложная. Выдача спирта на стоянке пристально контролируется, — объяснял Гусько Немцову, наливая свой «лечебный» отвар в кружку.

Ну, теперь понятно, почему был сегодня приглашён Коля на ужин. Хотя, никто против не был его присутствия. Он же, не с пустыми руками пришёл. Небольшую ёмкость на будущее принёс. Оставалась у него привезённая с Союза пара бутылок «Столичной».

— Так, а я тут при чём, Евгений Савельевич? — удивился Немцов.