— Тогда слушай внимательно, — похлопал его по плечу Гусько.

Савельевичу нужно место, где можно начать производство самогона. В палатке ему это категорически запретили общим собранием. На аэродроме мест тоже не особо много, где спрятать можно. Вот и придумал Гусько привлечь к этому нашего рыжего доктора, поместив к нему в подсобное помещение своё оборудование.

— Расходы на приготовление продукта беру на себя, — сказал Савельевич, и тут уже Немцов призадумался.

Как я понял, эти два профессиональных сомелье нашли друг друга. Предварительное соглашение было ими скреплено крепким рукопожатием. Тут же Гусько представил нам новую продукцию своего «бренда» — квас собственного приготовления.

— И как это у него получается! — удивился Гнётов, когда Савельевич вытащил откуда-то армейский термос на 36 литров.

— Это вам уже не колючка! — с гордостью заявил Гусько. — Настоящий, охлаждённый и полностью натуральный. Всем рекомендую пить, пока бесплатно.

Оказывается, Савельевич предлагал наладить выпуск этого прохладительного напитка в столовой. Конечно же, был послан. Однако, наш замполит применил всё своё умение договариваться и… пару литров хорошего авиационного спирта. Благодаря этому и получил нужные ингредиенты.

— Всё просто! — с воодушевлением рассказывал Гусько. — Вода очищенная, десяток булок хлеба, отложенный мной сахар и процесс пошёл!

— Ай ты, Женя, нехороший какой! Сахар бы лучше на брагу пустил! Этот отвар никто пить не будет кроме тебя! Я мамой клянусь десять тысяч раз, близко не подойду, — ругался Бажанян со свойственным ему колоритом.

— Араратыч, ну ведь хороший напиток. Сам проверял, — зачерпнул кружкой квас из термоса Савельевич и предложил Бажаняну.

Наш зам по лётной подготовке долго ругался и отталкивал кружку. Всё же, через пять минут Араратович сдался и, закрыв глаза, выпил квасу.

— А хороший напиток. Зря быковал на тебя Савельевич! — похлопал в ладоши Бажанян.

Все ринулись пробовать квас. Кроме меня. Что-то мне подсказывает, что в термосе квас с эффектом замедления. Я постарался отговорить хотя бы Марика, который сегодня должен был пойти к какой-то Фросе на свиданку.

— Я когда это имя услышал, не поверил. Монахини обычно носят такое, — сказал Марик, выпивая уже второй стакан кваса.

— Фрося… хм, с таким именем у тебя ещё не было! — удивился я. — Ты бы на квас не налегал. Предполагаю, что он себя ещё проявит.

— Родин, ты всегда паникуешь раньше времени. С Вещевой так же. Она, небось, тебя ждёт у окошка, когда ты со звездой Героя к ней на белой «Волге» приедешь, — хлопнул меня по плечу Марк и поднялся с места.