— Равняйсь! Смирно! — гаркнул он, и эхо заметалось под высокими сводами спортзала. — Сегодня у нас зачёт по подтягиваниям, опорному прыжку через козла и два километра кросса на стадионе. Посмотрим, кто за лето в кисель превратился, а кто трудился!

Класс разошёлся, чтобы подготовиться к штурму «козла». Юрка Сёмин, стоявший в строю рядом со мной, небрежно толкнул меня плечом и усмехнулся.

— Ну что, ботаник, — процедил он сквозь зубы так, чтобы слышал только я. — Посмотрим, как ты на перекладине дёргаться будешь. Физика — это для девчонок, а здесь мощь нужна.

В спортзале уже выставили «козла» — обтянутый потёртой рыжей кожей снаряд на косолапых металлических ножках. Палыч сурово прикрикнул:

— Так, орлы! Разминка закончена. Сдаём опорный прыжок. Аверин, к снаряду!

Роман Аверин, худенький скромный паренёк, разбежался, топая по дощатому полу. Пружинный мостик отозвался звонким «хлоп!», и он, картинно взмахнув руками, перелетел через снаряд. Приземлился чётко и уставился на Палыча. Тот поднял вверх большой палец: мол, всё нормально, — и назвал следующую фамилию.

— Арутюнов, на старт! — скомандовал физрук, записывая что-то в журнале.

Когда наконец очередь дошла до меня, я встал в начало дорожки. Раньше этот «козёл» казался мне непреодолимым бастионом, о который я вечно бился коленями. Но сейчас всё было иначе.

Я рванул. Ноги сами несли меня, а в момент прыжка я едва коснулся мостика. Казалось, я не просто прыгнул, а взмыл в воздух. Я перелетел через снаряд с таким запасом, что Палыч даже присвистнул. Приземление вышло мягким, бесшумным, словно я весил не больше пушинки.

— Ого, — удивлённо буркнул физрук, делая себе пометку в журнале. — Не ожидал.

Когда весь класс закончил упражнение, Палыч снова скомандовал и даже свистнул, чтобы его услышали все! Мои одноклассники, те, кто уже сдал, сейчас сбились в кучу и о чём-то беззаботно болтали, совсем забыв, что урок ещё не закончен.

— Так, строиться! Выходим на улицу!

Мы гурьбой вывалили на школьный двор. Сентябрьское солнце припекало, над стадионом стоял запах сухой травы и пыли. Турники, выкрашенные облупившейся синей краской, ждали нас у края площадки.

Я мельком глянул на тройку одноклассников, в которой стоял Юрка. Сёмин был рослый парень с тяжёлым подбородком. Он криво ухмылялся, бросая недобрый взгляд в мою сторону и что-то говоря своим прихлебателям. Помню, он частенько задевал меня ещё в прошлом году, и вот теперь, по всей видимости, продолжение. Его компания — пара таких же крепких ребят, Иванов и Капранов, — что-то оживлённо обсуждала, кивая в мою сторону. Девчонок этот норматив не касался, они стояли в сторонке.