Я замер, пропуская через себя всю полученную информацию. Это была не просто локальная активность. Они явно готовили систему наблюдения внутри кубинских территориальных вод. Если «Gaviota» успеет развернуть эти «контейнеры»…

— «Друг», есть координаты?

— Упоминается точка «Foxtrot Echo» — декодирована как 19°52' северной широты, 75°11' западной долготы. Это 30 миль к юго-востоку от Гуантанамо. Зона возможной установки — в пределах кубинского шельфа.

— Прекрасно, — пробормотал я. — Очень даже прекрасно. Они хотят видеть и слышать всё, что движется вдоль побережью и вглубь острова по проливу Гуантанамо.

— Предлагаю немедленно оповестить генерала. Разрешите подготовить визуальную модель размещения предполагаемых буёв.

— Готовь, — сказал я, и включил нейроинтерфейс.

Измайлову это нужно знать сегодня. Потому что завтра, возможно, в этом квадрате будет поздно кого-то искать.

Я вошёл в кабинет Измайлова без стука — генерал давно сказал, что для меня дверь всегда открыта. Он сидел в мягком кресле, с сигарой в одной руке и папкой со свежими донесениями в другой. Увидев меня, поднял бровь.

— Ну, Костя. Похоже, новости у тебя важные?

Я кивнул и сел напротив, доставая коммуникатор.

— Это будет быстрее, если покажу.

— Одну секунду, только дверь закрою…

Одно касание — и на стене напротив, поверх книжных полок и карты Карибского бассейна, мягко загорелась проекция. «Друг» запустил визуализацию.

— Надо бы какую-то белую стену придумать… — пробормотал генерал.

— Вот. Передача с тропосферной станции с базы Гуантанамо. Наш зонд её перехватил и расшифровал. Протокол «Sand-Reed», подтверждение от судна под кодом «Gaviota». Они готовят сброс серии буёв — гидроакустических, вероятно с функцией слежения. Подразумевается ночная установка с последующей активацией через спутник.

— Где? — Измайлов выпрямился, уже без сигары.

— Район к юго-востоку от Гуантанамо. Шельф. Кубинские воды, без всяких оговорок. Вот координаты.

Проекция сместилась, показав карту с точкой — крупно, с обозначением глубин. Появилась модель буя, примерные данные по частотам, зоне охвата. Генерал молчал, только подбородок у него чуть дёргался — значит, злился.

— Как думаешь, зачем?

— Думаю, что не просто так. Это контроль входа в залив, контроль береговой зоны, а может быть, попытка засечь наши лодки — если они решат развернуть что-то побольше. Установка этих буёв — это не просто шпионские шалости, — сказал я, показывая Измайлову схему на коммуникаторе. — Судя по конфигурации антенн и полосе приёма, они настроены на локализацию направленных радиосигналов.