К полудню появились Иванихин и Щеглов. Генерал сидел в своём кабинете в белой форменной рубашке без погон, просматривая телетайпную ленту.
— Присаживайтесь, — сказал он, не поднимая глаз. — Есть разговор.
Мы устроились на стульях. Измайлов закончил читать и отложил бумагу.
— Ребята, сегодня важный вечер. Протокол будет строгий, но без перегибов.
— Нам выдали пригласительные? — спросил Щеглов.
— Конечно. Рыжов сказал — всё согласовано. Вас встретят у входа. Я буду ехать отдельно, на представительской машине. Вы — вместе, на посольском ЗиЛе.
Он указал на шкаф в углу, где висел его поглаженный парадный китель с наградами, которых было немало.
— Иванихин и Щеглов, вы тоже в парадной форме, с орденами.
— Понял, товарищ генерал, — кивнул Иванихин.
— Костя строгий классический костюм. Без излишеств, но аккуратно. И ещё, — Измайлов выдержал паузу. — Вечер может быть не только торжественным. Там будет не только Кастро, но и несколько высокопоставленных лиц.
Я приподнял бровь.
— Думаете, это связано с нашим «гостем» из ЦРУ?
— Не исключаю. «Друг» заметил некоторые корреляции по линиям слежки. А посольские уже суетятся.
Он помолчал.
— Так что держите ухо востро. Не лезьте на рожон, но и не пропускайте ни слова мимо. У Щеглова будет компактный приёмник. Костя — подключён напрямую. При необходимости — связь через тебя Борисенок.
— Принято, — сказал я.
Мы переглянулись. Всё шло к тому, что приём у Кастро — это не просто тосты и фотографии для архива. Это — часть большой игры. А в большой игре случаются и провокации, и вербовки, и обмены намёками, которые слышат только те, у кого уши правильно заточены.
— Ладно, — генерал встал. — Вечером будем там. Вас заберёт машина в 19:20. Я подъеду отдельно. Как говорится… С Богом.
Глава 23
Гавана. Президентский дворец. Вечер.
Жар не спадал даже после захода солнца. Капли конденсата медленно стекали по бокалам, в руках у офицеров и дипломатов. В большом зале с высокими потолками и массивными колоннами царила церемониальная тишина, та, что живёт в старых залах власти — когда слышен даже скрип каблуков по мрамору.
На стенах — государственные флаги Кубы и СССР, два герба, и тонкий аромат табака от свежих сигар, лежащих на столах среди графинов с ромом. Но пить пока никто не спешил — ждали Главного.
Щеглов поправлял воротничок, поглядывая по сторонам. Иванихин держался увереннее, но и у него подрагивала бровь, то ли от волнения, то ли от жары. Я же откинулся спиной на спинку стула и мысленно слушал «Друга», который уже давно подцепил внешнюю звуковую обстановку в зале и шептал в ухо: