Через час мы пересекли мост у Рио-Сека и выехали на широкую асфальтированную трассу, ведущую к столице. Кубинцы, ехавшие следом на второй машине, явно старались не отставать. Когда к вечеру над горизонтом показалась знакомая линия телебашни и силуэты высоток Ведадо, будто открылось второе дыхание — стало легче.
Подъезжали к южным окраинам Гаваны в начале десяти вечера. Жара уже спала, ветер с залива разносил запах соли и растоптанных манго. Колёса грузовиков глухо прогрохотали по булыжной мостовой, когда мы свернули к Центру. У главных ворот нас уже ждали. Дежурный у шлагбаума поднял руку в приветствии, сдержанном, но уважительном.
Капитан Руис спрыгнул первым, стряхнул пыль с формы и, бросив взгляд на меня, коротко кивнул:
— Мы доложим в штаб, не сомневайтесь… И спасибо за… всё.
— Спасибо тебе, Руис, — ответил я. — Скажи своим: они отлично сработали.
— Скажу. Сам скажу. Будь на связи, компаньеро. Будет ещё жарко.
Он пожал мне руку — крепко, не формально, а по-настоящему. Потом развернулся и пошёл к своим. Их «ГАЗон» через минуту рванул обратно, оставив за собой клубы пыли и запах бензина.
Мы вчетвером остались на стоянке перед боковым входом в корпус. Инна поправила волосы, глубоко вдохнула и прошептала:
— Возвращаться к себе, это всегда хорошо. Даже если знаешь, что ненадолго.
— Ненадолго, — согласился Иванихин, кивая в сторону проходной. — Но хоть пару часов поспим в нормальных койках.
Щеглов зевнул и протёр глаза:
— Ага, если успеем. Сначала — допросы, рапорты, потом новые вводные, а потом снова рюкзаки и вперёд…
Я улыбнулся. Он был прав. Всё только начиналось.
В своем кабинете нас уже ждал Измайлов. Он сидел за своим столом, заваленным бумагами, телексами. С краю на свободном клаптике устроилась чашка остывшего кофе и сигара в пепельнице. Когда вошли, он не встал — только поднял глаза.
— Докладывать будете по очереди, — сказал спокойно. — Сначала Борисенок. Остальные — отдыхать. Через два часа совещание, кубинцы передали нам ноту от американцев, МИД в курсе. Центр — тоже. Мы вошли в игру. И назад дороги уже нет.
Он посмотрел на меня пристально, как человек, который знает: теперь всё по-взрослому.
Я кивнул и шагнул вперёд, закрывая за собой дверь.
Глава 16
Когда шаги Иванихина, Щеглова и Инны затихли в коридоре, я молча опустился в кресло у стола генерала. Он отставил в сторону папку с отметкой «секретно», откинулся на спинку и указал подбородком на пепельницу.
— Хочешь попробовать?
— Нет, и так хватает стресса моему организму, — усмехнулся я.
Измайлов кивнул, будто отметил для себя. В кабинете было тихо, только лёгкое потрескивание вентилятора в углу и гулкий звук шагов часового у входа в центр в соседнем здании.