Машина была с хромированными зеркалами и шофёром в светлой рубашке. Он представился коротко на корявом русском:

— Орландо. Ваш водитель. Приказано возить, куда скажете.

— Доброе утро, — ответил я на испанском. И на нем же продолжил, — начнём с Университета, стоматология. Потом мединститут, для супруги.

— Си, гальего. Всё так и будет.

— Почему гальего Орландо? Ведь так называли испанских колонизаторов, если я не ошибаюсь.

— Все верно сеньор. Гальего у нас называют тех кто говорит литературном испанском, как в Мадриде.

Придется впитывать кубинское произношение испанского языка, так называемый латиноамериканский диалект, а что делать?

Гавана не смотря на жару выглядела свежо, почти празднично. Дома — и колониальные, и уже советской архитектуры — мелькали за окнами. Люди шли кто в форме, кто в белых халатах, много молодых лиц. На улицах — минимум машин, зато везде слышна музыка.

Первым пунктом был университет имени Альмейды. Приёмная комиссия конечно же не работала, но, как и предупреждал Измайлов, о нас знали.

— Вы — врачи? — спросила улыбчивая женщина в цветастом платье.

— Почти, — отозвался я. — Фельдшер и зубной техник.

— О, стоматология у нас хорошая! Вы пришли в нужное место, а вам девушка— в медицинский. в районе Пласа.

— Да, сеньора…

— Сейчас большинство студентов на полях — сбор сахарного тростника. До конца месяца практически никого нет, — Зато потом будет всего много. Работы — много, студенты — сильные.

После вуза мы решили немного передохнуть. Я обернулся к водителю:

— Орландо, а вы не против перекуса? Где тут можно по-настоящему поесть, как местные?

— О, сеньор, я знаю такое место. Там для своих. Без туристов.

— Отлично. Вези.

Парень свернул с центральной улицы в квартал, где витали запахи жареного мяса и свежих лепёшек. Невысокий домик, с вывеской «Comida criolla», оказался именно тем, что надо. Нас усадили на террасе, под крышей из пальмовых листьев, на стол поставили рис с чёрной фасолью, жареную свинину и зелёные бананы. Орландо налил нам по стакану гуавового сока и сам присоединился, с достоинством отложив фуражку.

— Вы первый раз на Кубе?

— Да, — ответила Инна. — Но мне здесь… как будто все знакомо.

— Куба — она сердцем чувствуется. Тут не умом надо.

— А что самое сложное в жизни здесь? — спросил я.

— Дожди, — усмехнулся Орландо. — И очереди. Но если умеешь улыбаться — всё получится.

После обеда мы поехали дальше, к факультету стоматологии.

Здание было новым, белым, с большими окнами. В холле пахло — ментолом и слабым раствором перекиси. Я почувствовал, как Инна замедлила шаг.