* * *

Следующая после приема ночь была глухая, безлунная. Где-то вдалеке залаяли собаки, но вскоре и они затихли. В старом, полуразрушенном доме на окраине Марианао, чья крыша давно проросла мхом, а окна заколотили жестью, слабо скрипнула дверь. Из темноты вышел человек, одетый неприметно, в выцветшей рубашке, без лишнего блеска на пуговицах и без звука в шаге. Всё в его движениях говорило о привычке находиться в тени.

Он призраком пробрался через двор, осторожно обойдя рассыпавшийся бетонный водосток, пересёк переулок, юркнул в заброшенный гараж, где в глубине под откидывающейся плитой скрывался старый люк. Пальцы нащупали замаскированную защёлку, крышка мягко поднялась. Внизу открылось небольшое помещение, обшитое старыми фанерными листами. На столе — пыльный, но рабочий радиопередатчик военного типа, тщательно экранированный, с подключенной узконаправленной антенной, которую он аккуратно вывел наружу на прошлой неделе под видом починки антенны телевизора.

Он закрыл люк за собой и включил питание. Лампочки мигнули. Высокочастотный генератор, который связисты называют гетеродином, ожил. Сперва с тихим гулом, потом прогрелся и затих под кожухом. Мужчина достал из потайного кармана маленький блокнот. Короткая, чёткая запись это всё, что осталось от приёма во дворце. Фразы, описания, имена. А главное, новые фигуры на доске.

Он ввёл длинную последовательность — ручной шифратор, без компьютеров. Внутренний код «OTTER/9». Статус: срочно. Адресат: Langley.

Передатчик на несколько секунд ожил, и над Кубой поплыл узкий, почти неуловимый сигнал в диапазоне, который не слушают ни кубинцы, ни советские операторы.

Через пятьдесят восемь секунд он отключил питание, ещё раз проверил, что конденсаторы разряжены, антенна отключена, схема не греется. Бумажку с кодами сжёг в жестянке. Пепел растёр по полу. Вышел так же, как и пришёл — не оставив после себя ни звука, ни запаха, ни какого другого следа.

Через десять минут казалось, что в этом доме не было никого последние лет двадцать.

А через два часа, в другой стране, при получении сигнала, на верхнем этаже одного из административных зданий кто-то приподнял бровь, и сделал пометку:

«Cuban reception: high-value Soviet-Cuban contact confirmed. New asset group — names cross-checked. Increased counterintel recommended. Watch 'Borisienko».«('Прием на Кубе: подтвержден важный советско-кубинский контакт. Имена новых агентов проверены. Рекомендуется усилить контрразведку. Следите за „Борисиенко“».)

* * *

Утро выдалось жарким. Ветер с моря лениво перебирал листья пальм за окном, в столовой медсанчасти одуряюще пахло кофе, и даже Инна, сонно помешивая ложкой в чашке, казалась полностью расслабленной. Всё выглядело обыденно, даже скучно. Именно в такие моменты чаще всего и приходят плохие новости.