Чтобы имперский корпус никуда не свернул и его командиры ничего бы не заподозрили, я от имени мессира Менония поддерживал постоянную связь с Даршей — звонил ей каждые три минуты, разъяснял обстановку и корректировал движение войск.

В итоге имперский резерв влетел в подготовленную западню, словно мышь в гостеприимно распахнутую мышеловку. Чтобы дорога превратилась в настоящий огненный ад, хватило четырёх залпов из требушетов. «Орудия» били с удивительной точностью. Горшки с «напалмом» раскалывались-разрывались вдоль обеих обочин с интервалами в тридцать-сорок шагов, накрывая колонну по всей длине — спасибо успешной пристрелке и набравшимся опыта «артиллеристам».

Тех, кто пытался прорваться к холмам, расстреливали с высот арбалетчики. Желающие проскочить опасное место натыкались на перегородивший дефиле «вагенбург». Решившие отступить попадали в очередной огневой мешок — парящие в вышине дроны-корректировщики сразу же наводили нашу «артиллерию» на пути отхода.

Где-то минут через десять после начала бойни имперские маги сообразили поставить защиту на передовые отряды, чтобы всё же попробовать продавить цепь из повозок, выставленных на выходе из распадка между холмами.

И у них это почти получилось.

Почти — потому что когда накачанная энергией защитная сфера смяла-таки с десяток щитов и заставила прячущихся за ними лучников и алебардистов отойти ко второму тележному ряду, по призрачной плёнке врезали стреломёты. Так же, как час назад, местная магия ничего не смогла противопоставить кумулятивной струе, разогретой до тысячи с лишним градусов. Защитная сфера лопнула, словно воздушный шарик из сказки про Пятачка, Винни Пуха, Сову и день рождения ослика.

«Бумкнуло» действительно знатно. Причём, ударило, в основном, по тем, кто подпитывал маг-энергией защитные построения. Через руну «познание» я отчётливо видел, как рухнули бездыханными десятка четыре магов, идущие следом за атакующими повозки солдатами.

Дальше уже пошло обычное избиение. Лишившиеся командования пехотинцы, пытаясь спастись, метались среди дыма и пламени и, как обезумевшие, бросались на наши позиции, лезли через повозки, ныряли под днища, бились о выставленные щиты. И гибли, гибли, гибли под стрелами и заклятьями, ударами копий и алебард. Руки поднимали лишь те, кто случайно вываливался из толпы и до кого, наконец, доходило: спасение только в плену.

В плен после этой бойни попали немногие. Менее одной тысячи из пятнадцати шедших на помощь уже уничтоженному корпусу Нария. Магов среди пленённых не оказалось. Сколько из них погибло от «греческого огня», сколько от стрел, скольких затоптали свои же — мы не подсчитывали. Неизвестной осталась и судьба командующей корпусом Дарши. Среди обгорелых трупов её никто не искал. Всех убитых имперцев мы просто похоронили. В нескольких братских могилах, на выходе из распадка между холмами. С нашей стороны потерь практически не было: всего два десятка «двухсотых» и полсотни раненых.