— Выше! Уводи его выше и дальше! — крикнул я Тарзию, но тот и без моего совета сразу же понял, надо делать.

Последняя цепляющаяся за воздух «летуха» резко рванула вверх, уходя от опасности. Передаваемая с борта картинка на мгновение смазалась, но всё же не отключилась, став только более мелкой и менее чёткой.

Чудовище исторгло из себя разочарованный вой, потом развернулось и направилось к ближайшим воротам.

— Ну, я пошёл, — буднично сообщил я големщику. — Остаёшься за старшего. Без моей личной команды в крепость не заходить. Понятно?

— Понятно, мессир, — кивнул Тарзий.

Преображённого «мессира Менония» я встретил на мосту через ров.

Наша схватка замысловатостью не отличалась. Тварь оказалась пусть сильной, но при этом довольно тупой. Бывший верховный не нашёл ничего умнее, кроме как вынести воротные створки и ударить по мне чем-то магическим. Ей-богу, если бы он просто бросился в рукопашную, шансов у него было бы больше. А так… я просто собрал в кулак всю выплеснувшуюся в мою сторону маг-энергию и, преобразовав её в гигантский огненный шар, врезал им по чудовищу.

Вспышка при попадании напомнила ядерный взрыв. Такая же яркая (если бы не автоматически включившиеся «светофильтры» защиты, лишился бы зрения, сто пудов) и столь же результативная. От противника, когда дым рассеялся и в глазах перестало рябить, осталась лишь горсточка пепла.

Натужно вздохнув и утерев со лба виртуальный пот, я двинулся в крепость. Кто знает, сколько там ещё сохранилось магической гадости из сундука со «злом». Пока всё не проверишь и не зачистишь, считать, что всё кончено, значит, собственноручно расписаться в полной профнепригодности.

Проверка с последующей зачисткой заняли около двух часов. Неизрасходованные обрывки «чёрного облака» таились то тут, то там, ожидая случайных путников, призывая их магическим зовом. Счастье, что на меня эта злая магия действовала иначе, чем на других. Я просто чувствовал направленную на меня энергию, ощущал её злобную суть и притягательное коварство — «честное» обещание дать всемогущество каждому, кто к ней прикоснётся.

Своему охмурению злом я не препятствовал. Будто «заворожённый», подходил к очередному отыскавшемуся среди камней обрывку-ошмётку и касался его рукой.

После такого прикосновения чужая магия исчезала бесследно.

Хорошая всё-таки штука — иммунность. Что бы я без неё делал?..

Из очищенного от злобной магии замка я выходил через другие ворота. Калитка в них оказалась открыта. Почему, стало понятно снаружи. На середине моста лежали утыканные стрелами мужчина и женщина. В мужчине я с некоторым удивлением опознал Сториса — предателя-сотника из Пустограда, открывшего ворота врагам во время первого штурма города. Женщина тоже показалась знакомой, но, кто она, я узнал от Тарзия.