— С возвращением, господин командор. А мы тут ворот хотим прикрепить, чтобы, значицца, не маячить под стрелами, а из прикрытия щиты поднимать, — отрапортовал он, заметив большое начальство.

— Неплохо, — одобрил я «изобретение». — Тебе, кстати, передать тут просили.

— Но это же дорого! — простодушно изумился «изобретатель», принимая оберег-талисман.

— Ну и что? — пожал я плечами. — Просто в этом мире есть та, для кого твоя жизнь намного дороже, чем деньги.

— Так это от Тары⁈ — допёр наконец-то молотобоец.

— Да. От неё.

— Спасибо, господин командор, — с чувством поблагодарил Хруст.

— За что?

— Ну… — смутился десятник. — За то, что не погнушались…

На учениях конницы, пехоты и нашего «гуляй-поля» я пробыл до самого вечера. Не стал даже в Пустоград заезжать с дороги. Там же на поле и перекусывал. Как говорится, чем бог послал. А посылал он сегодня всего и достаточно. Причём, не только еды и питья, но и «зрелищ».

За манёврами пары «гуситских» колонн я наблюдал часа три. Смотрел, как они перестраиваются из походного порядка в боевой, как взаимодействуют друг с другом и приданными им конниками и расчётами осадных машин, как отражают атаки в лоб и во фланги, как наступают сами. Удивительно, но всего за пару недель они смогли многому научиться. Не иначе как магию обучающую применяли, и это дело полезное, по своему опыту помню.

— Нам бы ещё бы руны защитные на щиты нанести, — посетовал Хруст в перерыве между очередными «откатами на исходную». — Такие, что вы, господин командор, уже рисовали. Ну, те, на первых телегах.

— Надо, значит, нарисуем, — не стал я разочаровывать парня. — Но завтра. А сегодня пока на обычных потренируйтесь. Ресурс надо экономить, он и у настоящей магии небезграничный, не то что у рунной…

Слышавшая этот разговор Лика одобрительно наклонила голову. В магии она шарила гораздо лучше меня.

Учения «тележников» перемежались учениями кавалерии. Вернувшийся вместе со мною Аршаф принял от Рейны командование этой частью нашего войска с налёта, практически без подготовки. Погорячился, однако. Как оказалось, кое-какие приёмы всадники освоили без него, и ему срочно пришлось навёрстывать то, что успел упустить за время, проведённое вне Пустограда. Спасибо обучающей магии, на моего друга она подействовала достаточно быстро. Понадобился всего час, чтобы он тоже, как остальные, начал носиться по полю то в «хороводе лучников», то в плотной «вороньей стае».

Я в этих упражнениях участия не принимал. Пользуясь свежеприобретённым правом главнокомандующего, эти минуты я проводил в общении с Рейной. Конечно, не близком (для близкого у нас была припасена целая ночь), но всё равно — чрезвычайно приятном. И хотя мы не виделись всего две недели, даже просто перебрасываться словами с любимой женщиной казалось мне истинным наслаждением. И это было ещё не всё.