Так прошло полтора месяца.
Надежда медленно умирала, но всё ещё дышала.
Именно поэтому однажды утром я поехала к его дому.
Всю дорогу представляла нашу встречу. Он откроет дверь. Удивится. Обнимет меня. Объяснит. Обязательно объяснит.
Но дом оказался пустым.
Соседи сказали, что давно его не видели.
Тогда я снова ухватилась за надежду.
Если его нет дома, значит он действительно уехал.
Значит всё ещё можно исправить.
Значит он вернётся.
Второй месяц оказался самым тяжёлым.
Я больше не жила.
Я существовала.
Днём продолжала ходить на стажировку, училась улыбаться и делать вид, что всё в порядке. Никто не замечал, как сильно я изменилась. Или просто делал вид, что не замечает.
А по ночам я плакала.
Тихо.
До боли закусывая край подушки, чтобы никто не услышал.
Плакала до тех пор, пока не засыпала от усталости.
А утром снова надевала маску спокойствия.
К концу второго месяца я всё-таки решилась ещё раз поехать к его дому.
Наверное, глубоко внутри понимала, что это последняя попытка.
Последний шанс.
Последняя надежда.
Уже подъезжая к знакомому адресу, я почувствовала странное беспокойство.
Во дворе стояла чужая машина.
На окнах висели другие шторы.
А дверь мне открыла незнакомая женщина.
— Вы кого-то ищете?
— Александра Стрельцова, — ответила я, чувствуя, как пересыхает во рту.
Женщина удивлённо посмотрела на меня.
— Бывшего владельца дома?
В тот момент внутри словно что-то оборвалось.
Я ещё слышала её голос. Она что-то объясняла про аренду, про документы, про нового собственника.
Но смысл слов уже не доходил до меня.
Я смотрела на чужую женщину в чужом доме и вдруг поняла то, что отказывалась понимать два месяца.
Он не потерял телефон.
Не попал в беду.
Не оказался в больнице.
Не был слишком занят.
Он просто ушёл.
Ушёл так, словно меня никогда не существовало.
Словно не было наших разговоров до рассвета.
Словно не было его признаний.
Словно не было любви.
Домой я вернулась совершенно другой.
В тот день умерла моя надежда.
А вместе с ней и часть меня.
Впервые за два месяца я больше не ждала звонка.
Не искала оправданий.
Не придумывала причин.
Я наконец признала правду.
Человек, которого я любила больше жизни, просто наигрался и ушёл.
А я осталась одна.
Со своей болью.
Со своим разбитым сердцем.
И со страхом, который с каждым днём становился всё сильнее, потому что где-то глубоко внутри я уже знала ответ на вопрос, который боялась себе задать.
Глава 6
Дверь моей комнаты тихо скрипнула, вырывая меня из тяжёлых мыслей, в которых я тонула последние несколько недель. Я подняла голову от подушки и увидела Вику. Она стояла на пороге, растерянная и испуганная, а её глаза были красными от слёз. Маленькие пальцы так сильно сжимали край футболки, словно это был единственный островок безопасности в мире, который вдруг перестал быть для неё понятным и надёжным.