Я устало откинулся на поду… и треснулся головой о спинку кровати. Блин, сам же подушку выбросил! И как только этот гад ухитрился в спальню пробраться⁈ То днями его не видно, а тут нате-здрасьте, нарисовался. Конечно, до марта еще далеко, но хорошему коту, как говорится, и в декабре март. А уж Мартин вообще ведет себя так, как будто решил перепробовать как можно больше московских кисок, а потом еще и увеличил самому себе план.
И вот так вот у нас всё. Пока все спокойно — все вроде нормально, никому ничего не надо. А как только начинается форс-мажор — так все как с ума сходят, как будто специально выжидали момента, когда я отдам приказ как можно быстрее собраться в поход — после чего тут же вытащить из закромов все когда-то отложенные дела и приступить к исполнению.
* * *
Мурин, мой верный человек и мое оружие массового поражения… решил от меня уйти. Да, вот так вот просто. Его отец двадцать лет меня ждал, чтобы мне служить, он двадцать лет меня ждал, а когда я явился — он уходит.
На самом деле — я Мурина понимаю. Все-таки столько лет священника изображать — это непременно скажется. Вот и на нем сказалось — Мурин все-таки считает, что неправильно поступил, притворяясь священником, когда по факту он — не он. Да и столько народу перебить своим Мертвым Словом — это тоже не каждая психика выдержит, пусть здесь народ в этом плане и позакаленнее будет, про ПТСР никто и не слышал.
В общем, посидел Мурин, повспоминал все то, что он натворил в жизни — и решил грехи замаливать.
Уйти в монастырь.
Правда, он сейчас — не сам по себе Мурин, а мой человек, мне клятву верности давший, так что без моего разрешения никуда он не уйдет. Поэтому я…
Дал такое разрешение.
Нет, кто-то может подумать, что я поступаю очень глупо, когда, перед дальней и наверняка очень трудной дорогой отпускаю от себя это смертельное оружие. Но, понимаете ли… На это у меня есть свои причины. Целых три.
Во-первых — насколько сильно мне нужен человек, который терзается всякими мыслями нехорошими? Терзается, терзается и кто знает до чего додумается. Я, в конце концов, не психоаналитик. А вот монахи — народ такой, они любого психоаналитика за пояс заткнут, как пару рукавиц. Может, они ему мозги прочистят.
Во-вторых — да, Мурин солидное подспорье в случае нападения. Но ведь у каждого Слова есть свой откат. А у его Мертвого Слова он особенно неприятен — любое произнесение этого Слова это рандом, потому что ты всегда можешь сам последовать за своими жертвами. Вот и подумайте — могу ли я насильно удерживать человека, зная, что он, в том случае, если мне понадобится, может погибнуть? Нет, стрельцы, конечно, тоже могут, но их то я не удерживаю, они добровольцы.