* * *
Александр, мой неугомонный зеркальщик, все продолжал и продолжал усовершенствовать волшебные зеркала. Он уже сделал так, чтобы через них не только изображение, но и голос передавался — полноценная такая видеосвязь получилась — добавил вот этот вот звук вызова, планировал вообще сделать из зеркал целый портал, чтобы можно было что-то передавать, а через большие зеркала — еще и проходить. Вот только его невеста, Настенька, по совместительству — природная ведьмочка — треснула его за такие идеи по голове и рассказала то, что потом повторила мне: проход через отражающие поверхности ВСЕГДА проходит за Гранью. То есть, войти в такой портал ты сможешь, а вот выйти — далеко не факт. Вернее, стопроцентный факт что нет. А если кто оттуда и выйдет — то будет это бес в твоем обличье.
В этом месте я знатно пере… насторожился, в общем. И поинтересовался, нет ли риска приманить бесов, просто переговариваясь через зеркала. К счастью, Настя меня успокоила, сказав, что отражение, пока не открыт проход, пропустить бесов не сможет. Если, конечно, их, в данном случае, специально не позвать, но там сложная схема призыва и случайно это не получится.
В общем, с порталами я обломился, мне путешествия через Варп без всякой надобности, у меня с псайкерами-навигаторами напряженка, но, по крайней мере, осталась возможность дальней связи.
И вот сейчас нежно звонит зеркало, которое связано с зеркальцем моей любимой скоморошки… По которой я успел соскучиться… Сильно…
Я дотронулся до рамки зеркала, оно побежало рябью и в глубине стеклянного овала, вместо моего отражения появилась…
Морда беса.
С рогами, клыками и черными провалами глаз.
Глава 42
В первую секунду у меня, уже накрученного размышлениями об опасности отражающих поверхностей, всё упало. Мне показалось, что кто-то что-то где-то напутал и бесы все же могут прорваться через зеркало.
Во вторую секунду у меня упало сердце.
В третью до меня дошло, что эта страшная рожа — всего лишь маска, не очень-то и реалистичная. По крайней мере — для меня, как для человека двадцать первого века, избалованного цифровой графикой.
Ну и потом маска исчезла, открыв мне смеющееся лицо моей любимой скоморошки.
— Аа, испугался!
— Вовсе и нет, — незаметно перевел дух я, — Как твои дела? Что делаешь?
Следующим типовым вопросом сетевого пикапера должно было быть «Что на тебе сейчас?», но я, во-первых, пикапером и не был, это, между прочим, моя девушка, а во-вторых — мы не переписывались, а… даже не знаю, как это назвать? Перезеркаливались? В общем, я и так прекрасно видел, что на Аглашке сейчас только длинная белая рубашка, что для нынешней Руси — считай, что нижнее белье.